Книга Мать велела герань не поливать, страница 51 – Таша Муляр

* * *

Автомобиль взбирался все выше и выше по серпантину. Старые, скрюченные непогодой и ветром сосны нависали над дорогой. Песчаник белой лесенкой выступов контрастировал с редкой зеленью растений, чудом укоренившихся средь камней.

– Макс, а куда мы все-таки едем? – Лина набралась смелости и решила задать вопрос мужу.

– Тебе не все равно? – мрачно ответил Максим, не глядя в сторону супруги. – Ты, когда со мной собралась ехать, что-то не интересовалась, куда.

– Ну, я слышала твой разговор и поняла, что ты куда-то к морю едешь. Ведь так? – Лина хотела говорить тихо, вкрадчивым голосом, ей казалось, так он не будет раздражаться и не начнет на нее орать. Но ветер, который сопровождал их всю поездку, путал волосы, обдавал свежим потоком лицо, несмотря на жару, и мешал говорить. Пришлось практически кричать, иначе Макс ее не слышал.

– Ведь к морю? – прокричала Лина своим глубоким грудным голосом, который в обычной жизни был бархатным и обволакивающим. Голос – единственное, что ей самой в себе нравилось. Занятия вокалом в детстве не прошли даром. Она действительно хорошо пела и умела владеть голосом, а вот кричать было точно не ее.

– К морю, – ответил Макс, так и не поворачиваясь в ее сторону. Значит, она точно слышала разговор. Надеюсь, именно то, что было для ее ушей. А то он совсем расслабился и не только с Беллой говорил из дома. Да, это плохо; интересно, какую часть договоренностей она расслышала? «Вот уж влюбленный идиот, совсем страх потерял, не мог выйти из дома, когда разговаривал. Теперь будешь расхлебывать», – ругал он сам себя, будучи раздосадованным на жену. Макс крепче сжал руль и на эмоциях все-таки втопил в пол педаль газа. Машина радостно рванула вперед, вжав в сиденье испуганную Лину.

– Девяносто, Макс, тут ограничение девяносто! – прокричала она мужу, с ужасом наблюдая, как стрелка спидометра преодолела отметку в 150 км/ч и двигалась все выше. Ветер подхватил слова и унес куда-то далеко в небо.

Максим, сделав над собой усилие, посмотрел в сторону жены.

«Какая же она жалкая! То ли дело – моя настоящая женщина. Она совсем другая. Красивая, уверенная в себе, самодостаточная. Такую хочется завоевать. Да, пусть она не совсем со мной, но это временно», – рассуждал Макс, с удовольствием вспоминая редкие встречи с любовницами, ловко управляя автомобилем на крутых горных поворотах. Он словно поймал дорогу и ощущал себя с ней единым целым. «Нет, Беллка – это только для дела, конечно. Она здорово придумала, как ему выкрутиться. Раз, и все – проблемы больше не будет, и он останется при своих. Только бы все получилось, а потом… Потом к ней, к любимой, той, что столько лет вынуждена ждать на расстоянии, находясь рядом. Ну ничего, все образуется, он, как всегда, возьмет свой приз».

Лина ощущала нарастающее раздражение мужа всем своим существом. Она знала Макса как саму себя. Он думал, что закрыт от жены, никогда не был с ней откровенен, играл с первого дня их знакомства, а она чувствовала его своим, любила нежно и трогательно, словно знала его сущность, видела то хорошее, что есть в каждом человеке, даже если тот сам не подозревает об этом хорошем в себе, – всегда найдется тот, кто разглядит ту божественную сущность и полюбит ее. Так и случилось с Линой. Она любила мужа, несмотря ни на что и вопреки всему.