Книга Мать велела герань не поливать, страница 50 – Таша Муляр

На самом деле мужчина и женщина, сидящие в кабриолете, были связаны узами брака, прожили вместе много лет, но были далеки друг от друга, как Солнце и Луна.

* * *

Лина была единственной дочерью. Дома ее любили и баловали. Отец – крупный региональный чиновник, человек известный, уважаемый и для многих недосягаемый. Тот, кто стоит у власти и этой самой властью является, тот, кто может одним звонком изменить судьбу человека, города, региона. Внешне абсолютно непривлекательный – маленький рост, большой вес, непропорциональная фигура, высокий покатый лоб и нависшие над глазами лесистые брови, из-под которых на собеседника смотрели прожигающим до нутра взглядом. Ефима Абрамовича не просто боялись, перед ним трепетали, ему прислуживали, его уважали и ненавидели. Он всегда был на работе, дома появлялся лишь поздно вечером и в редкие выходные.

Агриппина – мать Лины – была полной противоположностью мужа. «Красавица и чудовище» – говорили за их спиной. Среднего роста, вытянутая, как струна – балерины бывшими не бывают, – с белокурыми локонами, как у ангела, нежно-зелеными озерами глаз, в которых в свое время и утонул молодой и перспективный Ефим, увидев девушку однажды на репетиции местного театра. Он покорил сердце начинающей примы своим вниманием, постоянством и огромным добрым сердцем, которое открывалось не каждому, а точнее, только ей. Через пару лет Агриппина ушла из театра, осела в выстроенном для нее дворце и занялась организацией приемов для местной элиты, благо на это у нее всегда было желание, а теперь появились время и возможности. Ефим гордился молодой женой, спешил домой, находил успокоение рядом с ней. Она способствовала его стремительному взлету на службе, нежно любила, доверяла и поддерживала. В начале их знакомства друзья и родственники красавицы Агриппины недоумевали, что она нашла в этом «злобном карлике». Она жестко осаживала и пресекала подобные вопросы: со временем все привыкли и даже восхищались отношениями и силой любви в этой неординарной паре. Детей у них долго не было; когда же родилась Лина, Ефим Абрамович взлетел еще выше по служебной лестнице и пропадал на работе сутками. Лину растили мать и гувернантка. Отец для нее был самым любимым и желанным человеком на свете, общением с которым девочка была обделена. Сколько Лина себя помнит, она всегда ждала папу. Он для нее был олицетворением праздника, счастья и веселья.

При такой красавице-матери дочь родилась копией отца. Насмешка судьбы. Маленького роста, с широкими мужскими покатыми плечами, на которых в отсутствие шеи сразу располагалась крупная голова с черными вьющимися волосами и носом с горбинкой, прямое тело без талии продолжалось узким тазом, короткими ногами с уродливыми коленками. В детстве Лина не ощущала своей «некрасивости». В садик не ходила, общалась только с детьми друзей и сослуживцев отца.

Родители дочь обожали. Мама вкладывала всю душу и свободное время в развитие девочки. Агриппина сразу поняла: с подобными физическими данными девочка никогда не сможет стать балериной, да и, честно говоря, вспоминая свое тяжелое детство, не хотела для дочери подобной судьбы. Лина занималась с преподавателями на дому. Живопись, вокал: «Может, хотя бы петь у нее получится», – говорила Агриппина мужу, обсуждая очередного преподавателя для дочери, – английский, немецкий и французский, а также гимнастика и дзюдо – такой девочке нужно уметь постоять за себя. Отец каждую свободную минуту старался побыть с дочерью и женой. Он привозил Лине подарки, покупал самую модную одежду, гаджеты, ходил с ней в театр и на концерты. Когда Лина перешла в восьмой класс, отца еще раз повысили и назначили главой региона. Они переехали в мегаполис на реке, появился еще больший дом, обслуга. Осенью Лина пошла в другую школу. Там-то она все про себя и узнала. Подростки жестоки, невзирая на чины и лица.