Книга Наперегонки с ветром, страница 89 – Таша Муляр

Лиса попыталась было изучить медицинскую историю сынишки, но их новый участковый врач, проходивший в кабинет мимо нее и Егорки, ожидающих приема, заметил это и остановил ее:

– Зачем вам читать то, чего нет? Вы же все равно ничего в этих терминах не понимаете и, кроме еще большего страха, ничего оттуда не почерпнете.

– Но я… – попыталась возразить Лиса, она хотела объяснить, что ее муж – тоже врач, и он ей все расскажет, и она, мать, должна знать все о сыне, да запнулась, когда подняла глаза и увидела их нового врача. Илья Петрович был похож на Айболита. Невысокого роста, с зачесанными назад волнистыми, полностью седыми волосами, на которых удобно устроилась, слившись в одно целое с образом доктора, белоснежная накрахмаленная шапочка, аккуратная серебристая бородка и висящий на шее фонендоскоп – ну в точности с картинки из ее детской книжки про чудо-доктора!

– Давайте-ка сюда карту, она, по правилам, вообще не должна быть у вас на руках. Вы же к нам только прикрепились? Лесков Егор? – прочел он на карте.

– Да, это мы, – произнесла Лиса и сама удивилась этому «мы». Так говорят матери, которые рожают сами, про себя и своего малыша, осознавая себя единым целым с ребенком, а тут и у нее как-то само собой вырвалось. Господи, неужели и она привыкнет и не будет чувствовать себя преступницей, присвоившей не принадлежащего ей малыша?

– Ну вот, мы вас заново обследуем и все вам расскажем, а то мало ли кто чего напишет, а нам мамочка спокойная нужна, правда, Егорка? Пусть мама будет довольна и спокойна, – он подмигнул мальчику. – Давайте, заходите уже, будем знакомиться.

Вот и сегодня они были на очередном приеме. Лисе не нравилось, что сынишка подкашливает, и она поехала обсудить это с врачом, а заодно узнать результаты новых обследований. Юра сразу, еще только получив направление от опеки на знакомство с Егором, внимательно просмотрел его документы, потом изучал их по приезде в дом малютки, прежде чем они приняли решение, и вынес еще тогда свой вердикт, что ничего критического не видит, что все имеющиеся проблемы можно исправить должным уходом.

– Все хорошо с вашим сынишкой, – успокоил ее сегодня Илья Петрович. – Муж ваш совершенно прав: ничего страшного мы не обнаружили, более того, некоторые из диагнозов, которые были в карте из учреждения, я бы снял. Пока оставлю, будем наблюдать, но я точно могу сказать вам одно: любите его, и больше ему сейчас ничего не нужно, ваша любовь способна сотворить чудо.

Лиса толкала перед собой коляску и смотрела на уснувшего сынишку. Время было еще раннее, погода хорошая, можно было и погулять. Она решила, что сядет в уголочке детской площадки у их дома. Пока Егор спит, посидит в тишине и сама передохнет.

Площадка была старая и почти разрушенная. Лиса, которая теперь стала замечать такие моменты – раньше-то площадки ее никак не интересовали, – обратила внимание, что кое-где в Москве начали благоустраивать дворы. Убирали старые качели, помнившие нынешних строителей малышами, сносили песочницы, более походившие на место выгула домашних животных, ломали детские игровые домики, где зачастую обитали люди без определенного места жительства, выравнивали площадку, делали настил и возводили новую удобную игровую зону с качелями, турниками, горками и прочими детскими радостями. До их двора волна благоустройства еще не докатилась, поэтому местные родители сами кое-как приводили в порядок остатки площадки из своего детства, чтобы их детям было где поиграть.