Книга Уроки во грехе, страница 88 – Пэм Гудвин

Она посмотрела вниз, пытаясь заглянуть себе между ног.

– С меня, наверное, уже капает.

Мой член дернулся. Единственный, с кого здесь капало, это был я. Слава богу, у меня были черные брюки. Иначе у меня было бы огромное пятно на штанине.

Наклонив голову, я поцеловал ее в живот. Я целовал и лизал до тех пор, пока она не впилась ногтями мне в плечи. И расставила ноги.

– Хорошая девочка. – Я водил пальцами по ее нежной, гладкой щелке, снова и снова, с каждым проходом все глубже погружаясь во влажную глубину. – Расскажи мне обо всем, что здесь побывало.

– Э… – Она сжала стоящие на моих плечах руки в подрагивающие кулаки. – Игрушки, пальцы…

– Эти? – Я ввел в нее пальцы, лишь кончики, и застонал, когда она сжала мышцы.

– Мои. И еще несколько. Какие-то парни, которых я уже не помню.

Меня охватила ревность, ненужная, беспричинная. Эти парни никогда больше ее не коснутся.

– Ни языков? Ни членов?

– Нет, только игрушки, пальцы и… это. – Сглотнув, она ввела в себя тампон. Выдернув руку, она потянулась к ближайшей полке. – Вот черт, Магнус. Как я теперь буду вставлять тампоны?

Я рассмеялся, и она тоже. Мы оба отдышались, и я ввел тампон до конца.

Выбросив аппликатор, я повернулся к ней; наклонившись, она положила палец мне под подбородок.

– Я сумасшедшая, раз хочу отношений с тобой, Магнус Фальк. Но если бы я могла пожелать лишь одну вещь, я бы хотела, чтобы ты каждый месяц вводил в меня тампоны, стоя на коленях. – Ее глаза озорно сияли. – Ты делаешь это так естественно.

Поднявшись, я взял ее лицо в ладони и едва коснулся губами ее губ.

– Хотя на коленях ты стоишь не так естественно. – Ее дыхание коснулось моих губ. – С тампоном ты справился на отлично.

Я поцеловал ее, по-настоящему; мое сердце колотилось, по венам курсировал огонь вожделения. Проведя ладонями по ее спине, я взял ее за талию, приподнял и прижал к своей груди.

Она обхватила меня ногами, и я прижал ее к стене. Снова и снова я целовал ее, пожирая ее губы, что так греховно приоткрылись для меня, удовлетворяя мой голод.

Она зажгла меня, обхватив руками мою шею, проводя пальцами в моих волосах, дергая меня за пряди. Я положил руку ей на ягодицу и прижал к своему члену. Она застонала, наши языки переплелись, нас охватил жар, тела горели желанием, вожделением и счастьем такой силы, которое никто из нас до этого не испытывал.

Я поцеловал ее еще сильнее, в беспамятстве от того, как эта женщина обвилась вокруг меня, от ощущения ее мягкой груди, изящных рук и ног, каждой ее мышцы и косточки, что вибрировали от вожделения.

Я не хотел больше никогда чувствовать сексуальное наслаждение. Я не заслуживал удовольствия, доставляемого женщиной, особенно этой женщиной.

Но ее губы были словно благословение, благодаря ей я хотел стать лучше. Она заставляла меня желать каждой части своего тела, которую могла подарить мне.

Ради нее я с радостью совершил бы святотатство. Я бросился бы в горнило ада в обмен на один благословенный, блаженный миг в ее объятиях.

Ритмичные касания ее губ. Ее тело, горячее и влажное, под моими ладонями. Ее влекущая, манящая личность, ее умение затягивать меня в разговор с каждым словом, заставляя меня бредить обожанием. Я распадался. Когда она со мной закончит, мне нечем будет искупить свой грех.

– У нас есть пара часов, – выдохнул я в ее губы, – прежде чем вечеринка закончится и все разойдутся по своим комнатам.