Книга Уроки во грехе, страница 128 – Пэм Гудвин

У меня был только один шанс, одна возможность все повернуть как должно, сделать то, что будет правильно, и защитить человека, которого я люблю.

– Отвези меня в школу. Я все улажу без кровопролития. – Сердце ушло в пятки. – А потом я выйду за Такера Кенсингтона.

Перри согласился поступить по-моему. Но при соблюдении трех условий.

Первое – я вернусь в Бишоп Лэндинг с ним прямо сегодня и закончу обучение на дому с частным преподавателем.

Второе – моей единственной целью будет успешное слияние Кенсингтонов и Константин. Как жена Такера Кенсингтона и наследница Константин, я буду связующим звеном между двумя правящими семьями.

Третье – я никогда не упомяну о своих отношениях с Магнусом Фальком. Иначе может случиться скандал. Этот секрет я унесу с собой в могилу и никогда больше не увижусь и не заговорю с ним.

Вот на какие жертвы мне предстояло пойти. Конечно, для меня это было невыносимо. Но альтернатива была куда как хуже.

Я согласилась бы на что угодно, лишь бы Магнус был жив и здоров.

Но все упиралось в его готовность отпустить меня от себя. Нужно было расстаться окончательно. Никаких контактов между нами в будущем. И он не должен был о нас проболтаться.

Он уже решил не заниматься со мной сексом и избегать каких-либо романтических отношений. Мы все равно расстались бы через пять месяцев. И оба знали, чтобудет после выпускного.

Возможно, закончить все сейчас было бы лучше. Меньше боли.

Но я знала… Знала, что он будет бороться за меня каждой клеточкой своего сильного тела.

Мне придется причинить ему боль. Убедить его, что я его не хочу. Другого способа закончить наши отношения не было.

Тяжесть предстоящего разговора навалилась на меня, только когда я села в машину с Перри и Ронаном и мы поехали в академию «Сион».

Тоска и мука схлестнулись во мне воедино, жалили, словно рой разъяренных ос в моей груди. Мне казалось, что меня сейчас вырвет.

Когда мы выехали на дорогу, Перри позвонил матери и поставил в известность о последних изменениях в их плане. Он прижал телефон к уху, но ее нетерпеливый голос разносился по замкнутому пространству салона.

– Так будет лучше, мам. – Сидя подле меня, он положил мою руку на свое колено, которое нервно подскакивало, и сжал ее своими пальцами. – Никакой крови. Никаких тел. Так даже чище.

У меня свело живот, но я старалась сохранить равнодушное выражение лица. Перри понимал, насколько сильно я была привязана к Магнусу, но он решил не говорить об этом матери. А значит, и ее головорезу, который сидел в жутковатом молчании рядом со мной.

Он разъяснил матери условия, которые я согласилась соблюдать, и кажется, ее все устроило.

– Нет, – произнес он, искоса поглядывая на меня. – Они не влюблены. Она просто протестовала и вовлекла в это своего учителя. А этот презренный не смог перед ней устоять.

Каким бы ни был ее ответ, он стиснул мою руку и ободряюще провел большим пальцем по моим костяшкам.

– Знаю, мам. – Он вздохнул. – Клянусь. Если он начнет доставлять нам проблемы, мы вернемся к плану «А». – Он помедлил. – Ага. Давай.

Он потянулся через меня и передал телефон Ронану, сидящему по другую от меня сторону.

Слушая мою мать, Ронан слегка наклонил голову. Наступила тишина, изредка нарушаемая шварканьем шин по камням на дороге.

– Понял. – Ронан повесил трубку и отдал телефон обратно Перри.