Книга Мрачные ноты, страница 177 – Пэм Гудвин

Он ревет и отводит руку назад.

А когда его кулак уже летит на меня, откуда-то снизу доносится отчаянный голос Шейна:

– Лоренцо! Ну ты где, чувак?

Удар прилетает мне в лицо.

Я останавливаю свой «понтиак GTO» у ворот и набираю код. Все соседи на работе, поэтому улица безлюдная и тихая. Мне не по душе такая тишина. Вызывает приступ паранойи.

Без сомнения, я взвинчен еще и потому, что рискнул отменить свои дневные занятия. Отец позвонил мне, что задерживается в клинике, будь она неладна, вот я и сослался на семейные обстоятельства и отправился домой, купив по дороге все необходимые лекарства.

Как только ворота распахиваются, я следую вперед по подъездной дорожке, гадая, слышит ли Айвори рокот двигателя.

И резко жму на тормоза. Что за?..

У заднего входа припаркована черная старенькая «хонда». Незнакомая. Без номеров. В ней никого.

Я внутренне холодею. Айвори.

Я даже не дышу, пока не вбегаю в дом. Сигнализация отключена.

Следующий вдох делаю только на кухне. На втором этаже раздаются звуки шагов.

Я проношусь через гостиную в сторону лестницы, все мое тело натянуто как струна. Кто в доме, черт подери?

– Лоренцо, он уже на подъездной дорожке! – раздается мужской голос сверху. – Ты где?

Шейн. Мое сердце готово выпрыгнуть из груди, когда я выскакиваю в коридор. Он сказал: «Лоренцо»? Как это возможно?

Этот ублюдок Лоренцо в моем доме. С Айвори.

Ярость срывает меня с места и толкает вверх по лестнице. Каждый шаг – это препятствие между мной и Айвори. Я поднимаюсь быстрее, перепрыгивая через две… три ступеньки.

– Какого хрена? – ревет Шейн со стороны моей спальни. – Отвали от нее, мать твою!

Нет! Господи, только не это! Нет! Волнение проникает в мои мышцы и подталкивает двигаться быстрее. Я не слышу Айвори. Почему, черт возьми, я ее не слышу?

Преодолеваю последнюю ступеньку, но оставшееся расстояние кажется мне непреодолимым. Лестничная площадка слишком просторная, коридор чересчур длинный. Я слишком далеко. Мне не следовало оставлять ее одну. Я подвел мою девочку и проклинаю себя на чем свет стоит. Меня всего трясет от отчаянного желания побыстрее до нее добраться.

Я иду на звуки нарастающих криков. Почти у цели. Еще пара шагов, и я врываюсь в спальню. Мое внимание приковано к дальней стене.

Айвори неподвижно стоит в моей футболке. Все губы в крови. Выражение лица пустое. На руках у нее Шуберт. Мертвый.

Сжатые кулаки Шейна. Ссадины и царапины на лице Лоренцо. Расстегнутая молния его джинсов.

Каждый фрагмент происходящего фиксируется в моем мозгу и приводит в такую степень бешенства, что я едва держусь на ногах.

Меня никто не замечает.

Я в меньшинстве, безоружен и, черт подери, охвачен бешеной яростью. Всем своим существом я тянусь к Айвори, но не позволяю себе этого, отказываясь смотреть в ее сторону и даже думать о ней. Если дам слабину, полностью слечу с катушек.

Двигаясь вдоль стены, я продвигаюсь вглубь спальни. Айвори застыла в нескольких футах от сцепившихся Шейна и Лоренцо.

– Ты изнасиловал ее, ублюдок? – Шейн наносит удар Лоренцо, но промахивается мимо его головы. – Она все это время говорила правду?

Движимый холодным расчетом, я решаюсь на убийство. Мое дыхание учащается. Кулаки сжимаются. Сердце каменеет в предвкушении неминуемой смерти. Я положу этому конец.