Книга Мрачные ноты, страница 135 – Пэм Гудвин

Мое сердце сжимается от боли. Она знает его лучше, чем я. Эмерик был внутри нее, зачал с ней ребенка, а я… Я не знаю, кто я для него. У нас даже не было секса.

– Айвори, – доктор Марсо становится передо мной, загораживая обзор, – следуйте за мной.

Мои ноги меня не слушаются, но зато глаза отлично справляются с работой, буквально выжигая образы Эмерика и Джоан в моем мозгу и заливая долбаными слезами мое лицо.

Доктор Марсо осторожно берет меня за локоть и ведет в смотровую. Закрыв за нами дверь, он указывает пальцем на смотровой стол.

– Сядь.

Я подпрыгиваю от его приказного тона и спешу к столу.

Он ставит коробку с бумажными салфетками рядом с моим бедром, и я чувствую себя маленькой и глупенькой, излишне эмоциональной девчонкой. Но, несмотря на это, все равно хватаю салфетку и вытираю лицо.

Опустившись на стул, он придвигается вплотную ко мне.

– Он не рассказывал тебе о ней?

Я комкаю салфетку в руках и расправляю плечи.

– Не о беременности.

Его щека нервно подергивается, а под суровыми глазами появляются морщинки.

– Это его ребенок? – интересуюсь я.

– Он не знает.

– То есть он?.. – У меня перехватывает дыхание. – Она была с кем-то еще? Неужели она изменяла ему?

– У него нет доказательств.

– О, – выдыхаю я, – она сказала администратору в приемной, что носит вашего внука.

Он поворачивается к ящикам позади себя и достает необходимое оборудование и расходные материалы, давая мне возможность ненадолго отвлечься от его пристального взгляда.

– Мне известно, что вы живете вместе. – Он вскрывает упаковки с одноразовыми инструментами. – Я не собираюсь читать тебе нотации о том, как вы рискуете. Свое мнение я озвучил ему вчера во время телефонного разговора. – Он вновь поворачивается ко мне с серьезным выражением лица. – Эмерик упрям и теряет контроль, когда им овладевает страсть.

Я не согласна в части контроля. По крайней мере, когда дело доходит до моих пределов. Что касается его страсти, то я уже два месяца поглощена ею. Думаю, именно поэтому секрет, который он скрывал от меня, режет больнее ножа.

Доктор Марсо надевает очки и берет тонометр. Не попросив меня переодеться, он начинает осмотр выше пояса. В течение следующих десяти минут он ощупывает меня, снимает измерения и берет кровь на анализ, пока я отвечаю на его медицинские вопросы, в том числе довольно смущающие, касающиеся моей половой жизни и незащищенных сексуальных контактов.

Несмотря на то что он ведет себя как профессионал, мне все же интересно, не считает ли он меня просто жадной до денег шлюхой.

Пока он делает какие-то пометки в своем планшете, дверь в кабинет распахивается.

Эмерик проскальзывает внутрь, закрывает за собой дверь, и его холодный взгляд встречается с моим, приковывая к себе.

Меня пробивает дрожь, и я с трудом отвожу глаза.

– Что ты здесь делаешь? – с недовольством спрашивает доктор Марсо, приподнимаясь с места.

Эмерик продолжает сверлить меня глазами. От него исходит столько эмоций, что я с трудом могу их прочесть. Он явно злится, судя по его напряженным челюстям и вздувающимся на предплечьях венам. Но есть в нем и что-то менее очевидное, какая-то едва заметная уязвимость. Его пальцы судорожно сжимаются, а на шее проступают сухожилия. Он напуган? Боится меня потерять? Или я просто выдаю желаемое за действительное?