Книга Курс 1. Ноябрь, страница 83 – Гарри Фокс

В салоне воцарилась гулкая тишина, нарушаемая лишь свистом ветра снаружи и довольным сопением Малины, которая, кажется, уже млела от самой мысли, что сидит так близко.

Отлично, — подумал я, глядя в потолок кареты, уносящей меня в новую жизнь. — Два часа полёта в замкнутом пространстве с тремя женщинами, одна из которых моя девушка, вторая — принцесса, а третья — её сестра с магически увеличенными формами и кривым пониманием этикета. И карета запряжена летающими змееконями. Что может пойти не так?

Я осторожно откинулся на спинку сиденья, пытаясь занять как можно меньше места, и приготовился к самому долгому в своей жизни путешествию, даже если по карте оно занимало всего пару часов.

Я выскочил из кареты первым, едва колёса коснулись земли, жадно глотнув холодного, но такого желанного свободного воздуха. Два часа. Два часа в этом роскошном, летающем аду.

Поездка была… особенной. Лана и Мария, сидя напротив, полностью забыли о моём существовании. Если бы у них были… ну, скажем так, дополнительные анатомические детали для сравнения, они бы мерялись и ими. Это был не разговор, а турнир ораторов. «Армия моего отца насчитывает…», «А у императорской гвардии есть элитные маги-разрушители…», «Наши владения простираются до самых Ледяных Пиков…», «Зато у нас древнейшие договоры с подгорными кланами…». Да, императорская семья, бесспорно, могущественнее сейчас. Но Лана с упрямой гордостью копала глубже — в древность, в истоки, в ту самую «кровь», которая, по её убеждению, значила больше сиюминутной власти. Воздух в карете был наэлектризован не скрытой враждой, а открытым, азартным соперничеством двух сил природы.

А Малина… Если бы вместо окна была открытая дверца, я бы точно выпал и разбился вдребезги. Потому что она всё путешествие прижимала меня к стенке кареты своими новыми, мягкими и упругими «буферами», а её губы шептали что-то в сантиметре от моего уха. Шёпот был бессвязным, полным странных, отрывистых слов и звуков: «Мммм, бадабум. Да-да-да. Шох-шох. Кружочек-вертикаль… а потом хрясь!»Что это вообще должно было значить⁈ Я делал вид, что смотрю в окно, но мой мозг отчаянно пытался расшифровать этот код, то ли детский лепет, то ли фрагменты какого-то древнего ритуала. И каждый раз, когда я украдкой смотрел на неё, её алые зрачки светились таким глубоким, сосредоточенным удовлетворением, будто она проводила самый важный эксперимент в мире, а я был главным реактивом.

Отряхнувшись от этой смеси придворной риторики и абсурдистского шёпота, я обернулся к карете. Сделав глубокий вдох, я принял вид галантного спутника. Сначала подал руку Марии. Она приняла помощь с достоинством королевы, сходящей с трона, её пальцы лишь слегка коснулись моих.

— Благодарю, граф, — сказала она чуть громче, чем было нужно, бросив взгляд на Лану.

Затем я протянул руку Лане. Она вложила в мою ладонь свою с такой силой, будто хотела передать через это рукопожатие всю свою ревность и претензию на собственность.

— Спасибо, котик,— прошипела она так, чтобы слышал только я, и её взгляд сказал яснее слов: «Ночью тебя ждет порка».

Наконец, пришла очередь Малины. Ей помощь, кажется, была не нужна — она с радостным «Ух!» чуть не спрыгнула сама, но я всё же успел подхватить её за локоть, чтобы она не шлёпнулась на землю, отвлёкшись на собственные новые формы.