Книга Курс 1. Ноябрь, страница 61 – Гарри Фокс

— Мы лишь хотели предупредить… — добавил Греб, его голос стал вдруг тонким и неуверенным.

— Всё хорошо, — вмешался я, принимая позу великодушного миротворца. — Свет этой страны, — я обратился к Марии с подчёркнутым почтением, — прошу, смилуйся над ними. Они действовали из лучших побуждений, из тревоги за Вашу репутацию. Я понимаю их. Ведь сердце не может не трепетать за столь великую и мудрую принцессу.

— Да, да! Именно! — закивали оба Штернау, ухватившись за эту соломинку.

Мария посмотрела на меня. В её взгляде читалось: «Я не понимаю, зачем я в это ввязалась, но играю до конца. Ты мне потом ответишь».

Я наклонился к её уху так близко, что почувствовал запах её духов.

— Буду должен, — прошептал я.

Она, не меняя выражения лица, так же тихо ответила:

— Массаж. Хочу.

Я едва не фыркнул.

— Наглость, — прошептал в ответ.

— Я тебе титул, земли и подыгрываю в этом фарсе, — парировала она шепотом.

— Хорошо, — сдался я. — Но только без одежды будешь.

Мария резко отстранилась, и яркая краска залила её щёки и шею. Она опустила глаза, но не смогла скрыть смущённую улыбку.

— Я… я утомилась, — громко сказала она, уже обращаясь ко всем. — Мне нужно отдохнуть.

И, всё ещё красная, она быстрыми шагами вышла из спортзала, оставивза собой лёгкий шлейф аромата и всеобщее недоумение.

— Эх, — громко вздохнул я, обращаясь в пустоту. — Кто-то теперь должен мне… нет, я теперь кому-то должен. Запутался.

Греб и Элизабет ещё секунду постояли, глядя на меня взглядами, полными чистой, неподдельной ненависти и недоумения. Потом, не сказав больше ни слова, они развернулись и пошли прочь, их плечи были напряжены от злости.

— Молись, чтобы о твоём поведении не узнал наследный принц, — бросил на прощание Греб через плечо, уже почти у выхода. — Он с тобой разберётся.

Угугугу. Боже, какой же я гондон. Только что договорился о массаже для будущей императрицы в обмен на то, что она прикрыла меня перед парой идиотов, которые не знают, что я и есть тот самый «ревнивый наследный принц». И всё это посреди спортзала. И Катя всё видела. Ладно, хоть она смеялась, а не вызывала на дуэль. Прогресс. Но чертовски стыдно. И чертовски смешно. Главное — чтобы Мария не потребовала массаж у алтаря. Я к такому не готов. Совсем.

Элизабет же стояла все ещё рядом со мной. Она бросила на меня презрительный взгляд, а затем молча ушла за братом, виляя бедрами.

Она стерва. Она стерва, Роберт. — шептал я в своей голове, наблюдая за Элизабет.

— Десять фавориток на сердце наследного принца.

Йо-хо-хо, и бутылка рому.

Пей, и енот доведет тебя до конца.

Йо-хо-хо, и от такой оргии я впаду в кому.

Комната, в которой мы оказались, была небольшой, уютной, но сейчас воздух в ней казался густым и колючим, как зимний туман. Стол, заваленный чайными сервизами и остатками пирожных, стал полем битвы. Я сидел между Ланой, которая пристроилась ко мне так близко, будто хотела стать частью моего плеча, и Марией, сидевшей напротив с безупречно прямой спиной, но со сжатыми на коленях пальцами. Рядом с Марией, словно мрачный страж, восседала Сигрид. Её ледяной взгляд был прикован ко мне.

Мария первой нарушила тяжёлое молчание. Она не смотрела ни на кого, кроме меня, и в её голосе звучала тихая, но явная обида.

— Я надеялась, что мы… поговорим вдвоём.