Онлайн книга «Баронесса из ОГПУ»
|
– Они говорят, что из Штази. Хотят уладить какие-то формальности. – Я себя плохо чувствую и не намерен отвечать ни на какие вопросы, – ответил твердым голосом мужчина. – Вчера я все рассказал уже следователям. Мне больше нечего добавить. – Вы, если не ошибаюсь, Герхард Шульц? – Да, и это последний вопрос, на который я ответил. Прошу покинуть мой дом, меня ждут медицинские процедуры. – Мы можем вас вызвать повесткой, и тогда вы потратите намногобольше времени и сил, чтобы добраться к нам. Впрочем, как будет угодно. – Мне угодно, чтобы вы оставили меня в покое. – Зря вы так. Зря. Державшаяся все это время «в тени» Зоя Ивановна сделала едва заметный знак, и Эдуард Прокофьевич вышел за ней из флигеля и прищурился от солнечных лучей: – Такая темень в прихожке. Могли б и свет включить. – Пока ты разговаривал, я немного осмотрелась, привыкнув к темноте. Сбоку от меня находилась настенная вешалка. На ней висели два темных плаща – мужской и женский, и такая же темная мужская куртка. – Серого плаща там не было? – Не видела. Но то, что мы пришли для них не вовремя, это – точно. Их надо задержать. Иначе они скроются. – Вы думаете? – Да. – Но мы не имеем права арестовывать немецких граждан. Это могут сделать только представители немецких спецслужб. – А удостоверение Штази? – Оно выдано для беспрепятственного прохода в учреждение госбезопасности ГДР, ну и для использования не в столь значительных обстоятельствах. – Эдик, не знаю кто такая Шменкель, а Шульц, возможно, никакой не антифашист и, скорее всего, не гражданин ГДР. Возможно, он бывший нацист. Связывайся с коллегами. – Хорошо. Тогда вы с Володей оставайтесь в машине и следите за флигелем. А я смотаюсь до ближайшего таксофона. Минут через десять после того, как Пахомов ушел, пробурчав: «Надо же, именно сегодня Володе досталась машина без рации», во дворе флигеля показались двое. Шульц и Шменкель огляделись и, не заметив ничего подозрительного, скорым шагом направились к своей легковушке. Володя, выдержав дистанцию, тронул «Волгу» следом за «Трабантом». Минут двадцать машины петляли по улицам Берлина. Вскоре «Трабант» направился в сторону бывшего Дворца Блюхера в районе Митте, в нескольких кварталах от которого находилось американское посольство. Когда машина подъезжала к одному из зданий на Кирхштрассе, ее «подрезали» два «паккарда». «Трабант» прижался к тротуару и остановился. Тут же к нему подскочили четверо мужчин в костюмах, вытащили водителя и пассажирку из салона легковика, пересадили в один из «паккардов» и сразу же все разъехались, включая «Трабант» фрау Шменкель, за руль которого сел, по предположению Владимира, сотрудник Штази. – Володя, едем назад. – За Эдуардом Прокофьевичем? – Да. Немного не доезжая до флигеля Шульца, Владимир увидел Пахомова. – Ну что, взяли их? – сев на переднее сиденье, повернулся он к Воскресенской. – Взяли. – Это контрразведка. Четко работают ребята, – сказал Пахомов и добавил: – Мне надо к коллегам. Володя, подбросишь и можешь считать себя в распоряжении Зои Ивановны. – Нет-нет. Я с вашего позволения погуляю немного по Берлину. У меня тут есть свои любимые улочки, уголочки, похожу, подумаю, повспоминаю, – сказала Воскресенская. Вечером, вернувшись домой довольно уставшим, Пахомов застал двух Зой на кухне. Зоя Ивановна пила кофе, Зоя Климентьевна – чай. |