Книга Берлинская жара, страница 18 – Дмитрий Поляков-Катин

— Сел.

Дочитав докладную до точки, Берия какое-то время сидел молча, поглаживая подбородок тонкими пальцами. Затем поднял голову — зловеще блеснули стекла пенсне.

— Значит, вот так взять и выделить… — Он откинулся на спинку кресла. — Прямо сегодня, без промедления открыть отрасль в народном хозяйстве. Так, что ли, Ванин?

Комиссар поправил ворот кителя.

— Так, товарищ нарком. Считаю, что выбора и времени у нас нет.

Берия снял пенсне и выразительно посмотрел сперва на Ванина, потом на Меркулова, который готов был провалиться сквозь землю.

— Я открою вам маленькую государственную тайну. Знаете, что это? — Он указал на бумаги, которые изучал перед их приходом. — Это сводки по выпуску танков на уральских заводах. И знаете, чем я занят? Я пытаюсь свести концы с концами,чтобы понять, сколько гусеничной техники можно передать на Кавказ, где мы ведем контрнаступление. Как вы думаете, сколько? — Берия помолчал и сам ответил: — Нисколько. Потому что вся бронетехника идет под Курск. Вся. А вы пришли с предложением открыть целую отрасль, параметры которой весьма туманны. Так?

— Так.

— А если так, то где точные обоснования вашего предложения? — Берия потряс докладной запиской Ванина. — Этого мало.

— Я знаю, товарищ нарком.

— Знаешь, — повторил Берия и принялся что-то небрежно чертить на бумаге. — Есть новости от Квасникова?

— Осваивается пока. Скоро будут.

— А что наша агентура в Германии?

— Они стараются.

— Значит, плохо стараются.

— Товарищ нарком, вам известно, что, в отличие от американцев, немцы разбросали свои лаборатории по всему рейху. Каждая занята только своим участком, и никто, кроме нескольких физиков, не видит целой картины. В этом вся трудность.

— Это, как в сказке, никто не видит слона целиком, — вставил Меркулов.

— Англичане ведь тоже не спят. Их волнуют те же вопросы, но немцы играют с ними, как кошка с мышкой. Полагаю, их отставание в работе над бомбой есть результат этой игры. Тем не менее мы идем как бы с двух сторон: сами ищем и смотрим за англичанами, у которых хорошая сеть в рейхе.

— Нужны не сказки про слона, а факты. — Тихий голос Берии звучал ровно, без эмоций. — В такую минуту работают только факты.

— Факты будут, товарищ нарком, — заверил Ванин. — Но мы опаздываем. Союзники не станут делиться с нами своими успехами. Нам нужен собственный Лос-Аламос. К тому же то, к чему идут американцы, возможно, уже получили физики Гейзенберга.

— Пока мы опаздываем, твои ставки будут расти, бригадир, — хмуро заметил Берия и угрожающе стукнул пальцем по столу: — Но гляди.

Повисло напряженное молчание.

— Что же ты, Всеволод, не поставил своей подписи под докладной? — обратился Берия к Меркулову. — Здесь есть подпись Ванина. А где твоя?

— Да я хоть сейчас… — встрепенулся Меркулов.

— Э-э, не надо. Теперь не надо.

Все опять замолчали. Берия склонился над своими бумагами и тихо подытожил:

— Я поговорю с верховным. Но запомни, Ванин, твоего автографа я не снимаю. — И добавил: — В приемной стоит тарелка с перцем. Возьми стручок. Простуду как рукой снимет.

Поворачиваясь, комиссар краем глаза разглядел, что рисовал Берия на краю бумажной страницы. Это была женская головка в чихтикопи поверх развевающейся накидки.