Книга Берлинская жара, страница 108 – Дмитрий Поляков-Катин

Центр химико-физических и ядерных исследований на Куммерсдорфском полигоне охранялся даже тщательнее, чем расположенная восточнее от него, в глухом сосновом лесу, испытательная станция «Вест», где под началом Вернера фон Брауна модифицировалась баллистическая ракета Фау-2. До КПП Центра кривой саблей было проложено двухполосное шоссе, позволяющее обойти стороной зону испытаний стрелкового и артиллерийского оружия. Преодолев все шлюзы проверки и перепроверки документов, необходимо было идти пешком через площадь, заасфальтированную гладко, как стекло, до узкоколейки, по которой ходил небольшой паровоз с одним вагоном. Узкоколейка опоясывала комплекс незаметных, на первый взгляд, сооружений, отделенных друг от друга земляными валами и покрытых в целях маскировки настилом из травы. Это были тестовые стенды, соединенные с соответствующими лабораториями защищенными коридорами. Всего таких пар было восемь, плюс еще восемь блоков дублировали их на некотором расстоянии и сообщались между собой через сеть подземных тоннелей. Первые два блока спаренных сооружений предназначались для ядерных исследований, для чего юго-западнее от них под землей был построен урановый котел.

В группе, идущей по залитой солнцем, пустынной площади в сторону бывшей лаборатории Дибнера, черным пятном выделялся мундир оберфюрера Шелленберга; можно было подумать, что именно для такого впечатления он и надел подзабытую уже форму СС, с начала войны лишь изредка мелькавшую на официальных мероприятиях. На самом деле Шелленбергу просто нравился этот тип черно-белого обмундирования, хорошо смотревшегося на его ладной фигуре, и он использовал любую возможность, чтобы покрасоваться в нем, тем более что на представляющем абвер капитане-цур-зее Глобовице, как на заборе, висел мышиного цвета полевой китель почему-то сухопутных войск, что визуально оттеняло ведомственную конкуренцию в пользу СД.

Помимо Шелленберга и Глобовица здесь можно было видеть фон Краббе из 3-го управления РСХА, штурмбаннфюрера Майера, директора по физическим исследованиям Института кайзера Вильгельма в Далеме Курта Дибнера, руководителя куммерсдорфского Центра профессора Абрахама Эзау, приехавшего из Лейпцига профессора фон Вайцзеккера,создателя установки для обогащения урана доктора Эриха Багге из группы Дибнера, а также руководителей отдельных направлений по разработке урановых боезапасов. Должен был быть еще представитель Геринга, но он не явился.

— Боюсь, все-таки придется переносить лабораторию Хартека во Фрайбург, — озабоченно говорил Эзау, прихватывая за рукав Глобовица. — Бомбежки. Невозможно работать. А между тем метод разделения изотопов центрифугированием требует доводки. Вот и теряем время.

— Слышал, в «Аншютц» над этим уже колдуют, — сказал Дибнер.

— Я доложу адмиралу, — заверил Глобовиц. Его привлекли к этой теме недавно, и, по правде сказать, он не успел в ней освоиться.

Впереди, рядом с Шелленбергом, такой же легкой походкой, оживленно переговариваясь, шагал профессор Вернер Гейзенберг. Удивительное внешнее сходство наводило на мысль, что оба слеплены из одного теста. Стояла необыкновенная тишина, даже птиц не было слышно, и стук каблуков об асфальт резонировал в воздухе.