Книга Ромштекс с кровью, страница 13 – Константин Штепенко

– Ангел по контракту. – Сказал Денис на своем весьма далеком от совершенства английском. – Рад тебя видеть, Сью.

Он подошел к ней и мягко пожал ее протянутую холеную руку, отметив про себя высшими оценками различные выдающиеся части ее фигуры. Она тоже смотрела на него оценивающе, и делала это совершенно беззастенчиво.

– Я тебя таким и представляла по рассказам Дарьи – голубоглазым и светловолосым русским богатырем. Надеюсь, мы поладим!

– Взаимно. Давайте сюда все ваши вещи.

Вещей оказалось две полных тележки, и Денису пришлось толкать их перед собой, распугивая зазевавшихся пассажиров и встречающих.

– А вот и наш извозчик. – Сказал Денис, указывая на идущего им навстречу шофера. – Для ознакомления с местным бытом я решил не арендовать лимузин, а нанял местного аборигена.

Краем глаза, он заметил, как Сью поморщилась, оглядывая неопрятную фигуру таксиста.

– Начинай привыкать, Сью. В путешествии, на которое ты осмелилась, тебе придется увидеть такое, что этот московский таксист покажется тебе ангелом во плоти.

Сью заразительно рассмеялась, разряжая обстановку.

– Не думай, Дэн, что я капризная избалованная кукла. Мне приходилось бывать в разных весьма непрезентабельных местах. Сальвадор, Никарагуа, Судан, Сомали, Пакистан – как тебе такой список?

– Впечатляет! Надеюсь, на Кавказе тебе тоже скучать не придется. Там сейчас начинает припекать и снизу, и сверху, как в духовке.

– Ну и славно, я люблю тепло!

Таксист схватил одну из тележек и бодро погнал ее к стоянке. Денис шел вместе с женщинами, поддерживая беседу, но и не забывал машинально поглядывать вокруг – организм сам по себе переключился в рабочий режим. Выходя из дверей аэровокзала, он почувствовал отчетливый укол беспокойства. Быстро отмотав в памяти картинку зала прилета, он выделил из толпы пассажиров и встречающих знакомое лицо. Он его видел совсем недавно, но не здесь, а в городе. Это был мужчина лет под сорок, не похожий ни на пассажира, ни на встречающего, так как в его лице не было заметно характерных для этих групп людей эмоций. Он был сосредоточен и совершенно не интересовался происходящим вокруг, хотя и не глазел открыто на Дениса и женщин. В совпадения Денис не верил, особенно когда дело касалось работы. Тем более в таком деле, в которое уже успела сунуть свой нос Контора. «А может это их человек? Не похоже. Слишком топорно работает. На людей Селиева тоже не похоже. Они должны были вести меня издалека.»

Во время первой чеченской кампании Селиев командовал ротой спецназа, в которой служил Денис. Они близко сошлись, особенно после того как Денис вытащил раненого командира с поля боя и нес на себе два десятка километров. Именно Селиев дал Денису толчок в охранно-сыскном бизнесе, и можно было сказать, выпестовал его и сделал тем, кем он был сейчас – преуспевающим владельцем фирмы «Щит», авторитетным председателем клуба ветеранов «Кавказ», человеком весьма заметным в Нижнедонске. Пару лет назад между ними пробежала черная кошка в лице юной брюнетки – Аллы, в которую Денис втюрился как школьник. Потом оказалось, что она была невестой одного крупного клиента Селиева. Естественно, командир сделал все, чтобы не дать их роману развиться до скандала, и отказал Денису, когда тот попросил помочь отыскать ее. Тогда Денис ушел от Селиева в «автономное плавание», в процессе которого нарубил столько дров, что и десятерым вынести было бы не под силу. Он умудрился смертельно поссориться с несколькими бандитскими авторитетами, наступил на мозоли очень серьезным людям, невольно ввязался в свару при дележке городского общака, и стал катализатором прошлогодней войны группировок за передел сфер влияния. Однако удача пока ему улыбалась. Он вышел невредимым из всех передряг, приобретя при этом большой авторитет, как специалист в своей области, и заработав приличную сумму денег, которая после Дефолта позволила ему развить бизнес, в то время как конкуренты перебивались с хлеба на воду. Теперь он открывал новую страницу в своей биографии – уже не как предводитель партизанской ватаги, а как серьезный предприниматель, с которым следовало считаться.