Книга Ромштекс с кровью, страница 117 – Константин Штепенко

Отношения со Сью не растворились в будничной текучке, несмотря на расстояние, языковый и психологический барьер, и переросли в приятельские. Через полгода ей все-таки удалось вытащить Дениса для работы над ее проектом о чеченской войне. Почти два месяца он прожил в Штатах. Сью предложила ему сделать турне по Америке, посмотреть наиболее важные достопримечательности, а работать в свободные моменты или прямо в пути. Для этого с ними все время был оператор, который снимал все подряд.

Разумеется, дело не обошлось без Даши. Чтобы говорить свободно, не стесняясь рамками своего скудного английского, он отвечал на вопросы Сью по-русски, а Даша выполняла роль переводчика и по совместительству была вторым героем фильма. Она удачно вписалась в задуманную Сью конструкцию, оттеняя резкие и категоричные суждения Дениса своим женским взглядом, уже слегка трансформированным быстро привившейся политкорректностью с оттенком идеализма. Рана, полученная Дашей в Дагестане, благополучно зажила, а вместе с ней зарубцевалась и утихла та болезненная страсть к Денису, торчавшая болезненной занозой в их двусмысленных отношениях. Теперь они были просто друзьями, связанные накрепко тем фактом, что оба в свое время спасли жизнь друг другу.

Фильм имел успех на закрытом показе для специалистов, и Сью обещала пригласить их для представления этой работы на одном из фестивалей документального кино. Но картина вышла в широкий показ уже без ее участия. Последний год она посвятила себя развенчанию исламского терроризма. Ее хлесткие и доказательные статьи каждый раз вбивали очередной осиновый кол в память о ее бойфренде-оборотне, который так и пропал без вести после дагестанской эпопеи. Видимо, эти статьи нашли своего читателя, так ка ей регулярно приходили сообщения с угрозами. И однажды так теперь ненавидимый ею Ислам пришел за Сью туда, где она меньше всего ожидала.

Утром 11 сентября 2001 года она была у себя в офисе в Нью-Йорке на девяносто восьмом этаже правой башни Мирового Торгового Центра, откуда открывался такой величественный вид на город. Она даже успела увидеть силуэт приближающегося самолета, издалека напоминавшего какое-то крылатое насекомое. Насекомое приближалось, росло на глазах, и она как зачарованная смотрела в отсвечивающие на солнце окна кабины, похожие на безжизненные глаза неведомого чудища…