Книга Скелет в наследство, страница 138 – Николай Леонов, Алексей Макеев

— А! — Космонавт беспечно махнул рукой. — Разве десять тысяч — это так много? Что тысяча, что десять — никакой, по сути, разницы.

— Вы миллионер? — Женщина улыбнулась еще шире.

— Конечно же нет, — ответил Космонавт. — Просто в тех краях, откуда я недавно прибыл, особенное отношение к деньгам. Там, видите ли, принято считать, что есть в этом скверном мире вещи гораздо ценнее, чем деньги.

— Например, какие? — спросила женщина.

— Например, добрые человеческие отношения. Дружба, взаимовыручка, любовь…

— И где же находятся такие удивительные края? — с неподдельным интересом спросила женщина.

Космонавт, конечно же, тотчас почуял этот интерес. Почуял — и вдохновился. Дело, кажется, налаживалось, дело было на мази, все шло в нужном для него направлении. Он сумел заинтриговать незнакомую ему поэтессу. Пока что незнакомую, потому что — в этом он был уверен — за близким знакомством дело не станет.

— Где находятся такие края? — переспросил он. — Представьте, что не так и далеко. Всего-то какая-то тысяча километров к северу от вашего города. Там все по-другому. Другая природа, другие люди, другие отношения между людьми… Там, знаете ли, слово «люблю» означает именно то, что оно и должно означать.

— Как интересно… — задумчиво произнесла женщина. — Неужто и вправду где-то еще остались такие места?

— Ну, а я о чем толкую! Конечно, остались! Как раз из такого места я к вам и прибыл. Совсем недавно…

— И что же вы делали в тех благословенных краях? — спросила женщина.

— Что делал? Разное… Что мне поручали, то и делал. Там, знаете ли, не принято отказываться от дел. Помощь и взаимовыручка там — совсем не пустые слова.

— И любовь тоже? — уточнила женщина.

— И любовь — тоже! — вдохновенно произнес Космонавт. — Любовь — в первую очередь. Хотя, знаете ли… Настоящую любовь можно встретить где угодно. В том числе, я так думаю, и в вашем городе. Я прав?

— Наверно, — задумчиво согласилась женщина, помолчала и спросила: — Вы — поэт?

— Поэт, — сказал Космонавт. — А вы?

— И я — поэт, — сказала женщина.

— Вот и замечательно, — радушно улыбнулся Космонавт. — Считай, почти познакомились. Осталось только узнать, как нас нарекли родители.

— Я — Инна, — назвалась женщина.

— Ну, а я — Руслан, — отрекомендовался Космонавт. — А что, этот ваш юбиляр — стоящий поэт? Или так себе?

— Да как вам сказать… Тут, знаете ли, дело вкуса.

— Ну, тогда я и сам его оценю. А потом мы обменяемся с вами мнениями. Согласны?

— Согласна, — улыбнулась женщина.

Практически весь вечер они провели, не отходя друг от дружки. Сам вечер, впрочем, как и поэт-юбиляр, Космонавта интересовали мало. Но он изо всех сил старался вникать в речи юбиляра, вникать в суть его стихов, запоминать, о чем говорили в поздравительных речах присутствующие… Все это было ему нужно для того, чтобы потом, когда вечер закончится, ему было о чем говорить с Инной. На этот разговор он возлагал большие надежды. Именно посреди разговора он и намекнет Инне, что ему, как человеку, лишь сегодня прибывшему из далеких благословенных краев, где слово «любовь» означает то, что оно и должно означать, негде провести грядущую ночь. О, он знает, как это сказать! Он это скажет так, что Инне не останется ничего другого, как пригласить его к себе на ночлег!

Наконец вечер закончился.