Онлайн книга «Перекрестки судеб»
|
«Вот же, чертовщина! Этот голос… Он мне знаком! Ну да, конечно, я же слышал голос Самурая – голос „серого палача“… Но что бы мог означать такой сон? К чему бы это?» По своей натуре, по складу характера Николай Заячья Губа являлся сугубым рационалистом. Он был далек от всякой мистики. И ни во что не верил. Но все-таки инстинкту своему он доверял, давно привык на него полагаться и, покурив, подумав, – пришел к выводу: скорее всего, алмазы и впрямь упрятаны плохо. Вчера, впопыхах, он на это не обратил внимания. А сейчас вот пришел сигнал… «Мы положили мешки за третьей рудничной стойкой, – одеваясь, продолжал он размышлять, – а следовало бы – подальше! За пятой или за шестой… Там, в самой глубине, действительно страшновато. Но там-то как раз и надежнее всего. И если уж я сам забоялся – вряд ли туда сунется кто-нибудь другой!» – Эй ты, сурок, – толкнул он Ивана, –проснись. – А? – Иван шевельнулся – но глаз не открыл. – Что? – Пойдем в шахту! – Зачем? – Надо еще немножко поработать. – Ну тебя к черту, – проворчал Иван. – Который теперь час? – Ровно три. – Ну, так и не мешай спать… Проваливай! Если нужно – поработаем утром. Иван отвернулся лицом к стене и снова захрапел. А Николай стал натягивать сапоги. Он все-таки решил сходить в шахту! Вскоре Николай уже пробирался под землей, по наклонной штольне. И он не видел, не знал, что на поверхности произошли кое-какие изменения. Там, наверху, возле барака, появились две тени. Две неясные фигуры. И одна из них прошептала: – Гляди, Малыш, дверь-то не заперта! И другая, высокая фигура ответила – тоже шепотом: – Они тут, падлы, совсем уж обнаглели… А ну – отворяй! – Опять ты, – протяжно, сонно, не размыкая глаз, сказал Иван, – когда ж ты, ядрена мать, угомонишься? Я ведь сказал: утром… – А ну, вставай! Живо! – услышал он. – И не вздумай шуметь. Иван приоткрыл глаза. Увидел каких-то неизвестных людей. И на мгновение зажмурился – так страшны показались ему эти новые, невесть откуда взявшиеся, склонившиеся над ним лица. – Кто вы? – погодя спросил он. – Что вам надо? – Где твои друзья? – Малыш пригнулся, упираясь ладонями в колени. – Отвечай, только – тихо! – Какие друзья? – Ну, все остальные… Кто здесь еще живет? – Еще – Заячья Губа, – тихо проговорил Иван, – больше никого нету. – А Интеллигент? – В поселке – как обычно. Здесь он никогда не ночует. – А этот тип – Заячья Губа, – вмешался в разговор Портвейн, – куда же он-то подевался? – Хрен его знает… Ушел. – Когда? – Вроде бы недавно. – И куда – ты, конечно, не знаешь? Даже не догадываешься? А? – Да ведь я же спал! Он что-то лопотал – только я не понял толком. Не запомнил… Но чего же вы хотите? К нему вплотную придвинулась обезьянья, ухмыляющаяся рожа Портвейна. – Мы хотим знать, во-первых – где люди? И во-вторых – где алмазы? – Людей нету, – растерянно сказал Иван, – вы же сами видите. – А камни? – Так что ж камни? Тут их тоже нема. Они в другом месте. – Где? – Внизу где-то, в шахте… – Ты точно говори – где? – Видит Бог, не знаю. – Как так?Кто же их прятал? – Заячья Губа. – А ты? – Я все время в бараке оставался. – Выходит, твой друг тебе не доверяет? – скривил губу Портвейн. – Нет, почему? Каждый из нас занимался своим делом. Никола внизу шуровал, а я сторожил наверху. – Ну вот что, хватит! – прорычал тогда Малыш. – Надоело! Сейчас ты у меня все скажешь – как на духу, как в церкви. |