Онлайн книга «Перекрестки судеб»
|
Сам хозяин дома, Наум Самарский (полный, рыжеволосый, с мягкими, обвисшими щеками), возился возле радиолы, менял пластинку. Наконец в радиоле что-то щелкнуло, и затем полилась визгливая, нервная, надрывная музыка. – Последняя английская новинка, – объявил Наум. – Биг-Бит! Самый западный шик! – И добавил, потирая пухлые белые ладошки: – Давайте-ка, братцы, выпьем еще раз – за роскошную жизнь! Сейчас же один из гостей, коренастый, грузный, с бритым наголо черепом, спросил: – За роскошную жизнь – где? Там, на Западе, или у нас? – Да какая тебе, Станислав, разница? – усмехнулся Наум. – В мире все ведь одинаково. Везде! Одни люди хлебают дерьмо – и таких большинство. А некоторые, удачливые, предпочитают икорку… Так выпьем за удачливых! – Это можно, – потянулся Станислав к бутылке. – Но все же ты не равняй… На Западе даже и дерьмо поприличней. Он выпил и крепко сморщился. – Ох, надоело мне наше убожество; этот наш русский бардак! – А чем же тебе тут плохо? – спросил его другой гость, костлявый, худой, в больших квадратных очках. – Устроен ты – лучше не надо. Вот сидишь, жрешь икру столовыми ложками. – Ах, да при чем здесь икра, – возразил Станислав и бросил ложку на скатерть. – Я не о ней, я – вообще… – Да и вообще… Служишь ты главным бухгалтером треста, зарплату получаешь огромную. И квартира тебе предоставлена со всеми удобствами. А кроме того, есть еще и дача – почти бесплатно. Это все – за счет государства! Ну и мы тоже кое-что подкидываем… Кстати, ты сколько лет уже с нами? Пять? – Четыре с половиной года. – Ага! Значит, утебя, по самому скромному расчету, должно быть уже накоплено что-то около миллиончика – а то и поболее… Ведь так? – Ну, допустим, – нахмурился Станислав, – и что? Все равно я живу как заяц. Всех боюсь. Проклятая страна! Все время жду, когда ночью вдруг придут – позвонят в дверь. – Так и на Западе – в любой стране – тоже могут прийти позвонить, – воскликнул Наум. – Черный рынок везде под запретом. И за такие дела, как наши, – особенно за такие, – по головке нигде не гладят. – Но там хотя бы судят не очень строго. Там всегда есть возможность выкрутиться… А у нас разговор короткий. Сразу – к стенке… Помнишь дело Файбышенко и Рокотова? Вот то-то. – Да, конечно, – медленно проговорил человек в очках, – у нас больше риска. И все гораздо сложнее… Но если уж ты так веришь в Запад – давай, отваливай! Уезжай! – Я бы не отказался… Но – как? – Ну, по-моему, тут все просто… Сейчас выпускают многих. – Многих, да не всех! – Но все-таки уехать при желании можно. Надо только похлопотать, пошустрить маленько… И уж, конечно, денег жалеть нельзя. Да ведь у тебя в этом смысле нет никаких проблем. – Проблема – в другом, – сказал Станислав. – Стоит мне только подать заявление о выезде, как сразу же я попаду под особый контроль КГБ. А это – не обычная наша милиция! Там, брат, мастера! И еще неизвестно, дадут ли мне визу, нет ли, но за одно я могу поручиться: в КГБ мгновенно перетряхнут всю мою биографию, просветят меня насквозь – как на рентгене. И на этот снимок, возможно, попадете вы все. – Групповой рентгеновский снимок, – протяжно проговорил Наум, – какой кошмар! – И он опять усмехнулся. – Какое противоестественное явление! – Ну ладно, – перебил его человек в очках. – Можно, в крайнем случае, обойтись и без рентгена… За кордон ведут разные пути. |