Онлайн книга «Стремление убивать»
|
Дежурный секретарь ждала на пороге приемной. Она была так напугана, что не произнесла ни слова, только кивнула на телефонную трубку, ожидавшую на столе, рядом с аппаратом. Та вдруг показалась Ирине змеей. Перекрученный шнур сложился совершенно змеиными кольцами, а плавно изогнутый корпус был головой. Мерзкая тварь ловко притворялась неодушевленным предметом. Но хищная пасть уже полнилась смертельным ядом — змея терпеливо дожидалась, когда ее возьмут в руки. — Я слушаю вас, — выдохнула Ирина. Тишина была ей ответом. Мысли о Панкратове бродили пока где-то далеко, не задевая сознания. Ирина перевела дух. В конце концов тому, кто ждал на другом конце провода, это могло наскучить и он просто отложил трубку в сторону. — Я слушаю вас, говорите! — произнесла она более отчетливо и приготовилась к ожиданию. Но не выдержала, сорвалась, закричала звонко и отчаянно: — Говорите, черт возьми! Куда вы там подевались?! Вопль, как ни странно, возымел действие. Трубка отозвалась глубоким тоскливым вздохом. И все сразу стало на свои места. Потом Ирина рыдала, выкрикивала оскорбления, яростно, но неумело бранилась. Словом, это была самая настоящая истерика. Новый босс, недоуменно выглянувший из кабинета, застыл изваянием. Его появление, однако, подействовало благотворно: истерика прекратилась так же внезапно, как началась. Плечи женщины еще судорожно вздрагивали, она шумно втягивала в себя воздух, из глаз быстро катились последние слезы, но крик оборвался. Коротким жестом она прижала ладони к лицу, глубоко всхлипнула и, опустив ладони, виновато взглянула на патрона: — Простите, Максим Сергеевич. Нервы разыгрались. Бабушку прямо с улицы забрали в больницу, но толком никто ничегообъяснить не может. Разрешите мне уйти, пожалуйста. — О чем речь? И послушай, может, нужно подтянуть специалистов? Или вообще перевести бабулю в хорошую клинику? Не стесняйся: на этот случай у нас имеются специально обученные люди… — Пока не знаю. Вот съезжу, разберусь на месте… — Ну, добро. Кстати, возьми машину и на всякий случай пару наших ребят… Сейчас дан команду. В вестибюле Ирину догнал запыхавшийся начальник службы безопасности: — Литвак! Ты куда мчишься? Велено доставить с эскортом. Шесть секунд: все будет готово. — Знаешь что, Миша, не надо машины и ребят тоже не надо. Мне так будет спокойнее. Честное слово. — Но шеф распорядился… — А ты ему ничего не говори. И не переживай, сам он вряд ли вспомнит. — Ну, если ты отказываешься… — Отказываюсь. Миша. — Дело хозяйское… Уже у самых дверей он настиг ее снова: — Ты вот что, скажи-ка на всякий случай: в какой бабушка больнице? — В Первой градской, на Ленинском… — Понял. Такси явилось по первому зову. Ирина быстро нырнула на заднее сиденье и, только оказавшись в салоне, назвала адрес. Предосторожность была не напрасной. В этот день у деятельного Миши имелись определенные виды на резервную машину, отказ заплаканной секретарши пришелся как нельзя кстати. Не случись этого, шеф службы безопасности вполне мог поинтересоваться ее маршрутом. И был бы несколько озадачен. Ирина направлялась в Сокольники. Впрочем, никакого криминала в том не было. С детства парк служил ей укрытием от житейских невзгод и своего рода жилеткой для слез. Увязший в снегу и омытый дождями, пронизанный лучами яркого солнца, плетущими в содружестве с густыми кронами деревьев затейливое кружево на асфальте аллей, щедро раззолоченный осенью — он был неизменно приветлив и доброжелателен. Возможно, что таким он был для всех завсегдатаев и даже случайных прохожих встречал с симпатией, но Ирине хотелось думать, что любовь старого парка принадлежит ей безраздельно. Он был ее исповедальней, но, если в том была нужда, мог обернуться лекарем и бережно врачевал глубокие раны и легкие царапины души. Парк был старинным, проверенным другом: Ирина всегда находила приют в лабиринте бесконечных аллей и могла пользоваться его гостеприимством сколь угодно долго. Стоило толькоподумать о еде, как поблизости немедленно обнаруживалось стеклянное кафе, или маленький уютный ресторанчик, или, на худой конец, крохотная палатка, торгующая горячими сосисками, цыплятами-гриль, пиццей или горячими пирожками. Если же вдруг наваливалась усталость, заботливый хозяин тут же любезно предлагал одинокую скамейку, будто специально припасенную в укромном месте. |