Книга Любовь по контракту, или Игра ума, страница 217 – Карина Тихонова

– Не знаю, не думал, – растерянно ответил я.

– Тогда думайте побыстрей, – насмешливо посоветовал мне собеседник. Кинул быстрый взгляд на запястье и проинформировал:

– У вас полтора часа. Максимум. Ну?

Я еще раз оглядел комнату. У меня была тысяча вопросов, и я не мог решить, какой из них важнее.

– Вы так на жизнь зарабатываете? – спросил я, кивнув на обилие дорогой профессиональной техники вокруг.

– Я так на жизнь зарабатываю, – согласился собеседник, сделав сильное ударение на местоимении. В общем, расставил приоритеты.

– А как же....

Я указал на костыли, которые прислонил к столу.

– У меня есть помощники, – ответил с усмешкой хозяин квартиры.

– Марина входит в их число?

Сергей выпростал из-под пледа вторую руку, которая сжимала носовой платок. Вытер мокрый лоб и тихо сказал:

– Не обращайте внимания. Проклятая смена сезонов. И так не организм, а коктейль болезней, а тут...

Он снова вытер лоб.

– Вы не ответили, – напомнил я, стараясь не поддаваться жалости.

– Давайте договоримся, чтоб время не тратить, – предложил собеседник спокойно. – На вопросы о Марине я отвечать не собираюсь. Все, что вы хотите узнать, спрашивайте у нее. Кстати, как вы меня нашли?

– Детектива нанял, – ответил я честно.

Он высоко поднял брови.

–А Марина об этом уже знает?

– Пока нет.

– Ну, и слава богу. Хотите бесплатный совет? Не проговоритесь ей насчет слежки. Она не простит.

– Вопрос не в том, простит ли она меня, – ответил я с невольным высокомерием. – Вопрос в том, прощу ли я ее...

– За что? – удивился Сергей Леонидович. – Кто вы такой, чтоб ее казнить или миловать? Извините, конечно, Никита, но вы себя сильно переоцениваете.

– Вы меня знаете? – поразился я.

– Подумаешь, бином Ньютона, – пробормотал собеседник известную коровьевскую фразу. И с досадой добавил:

– Да знаю я вас, знаю.

– Кто вы ей? – спросил я, не в силах больше сдерживаться.

Сергей вздохнул. Несомненно, он был красивым мужчиной, это признавало даже мое ревнивое самолюбие. Его немного старила обильная преждевременная седина, которая часто портит жизнь темноволосым людям, но, скорее всего, мы были ровесниками. Несмотря на явную физическую неполноценность, он не распространял вокруг себя беспокойных флюидов психического нездоровья. Короче говоря, педофилом он не был, в этом я уверился на второй минуте разговора. Я бы назвал его обаятельным. Болезненная худоба не искажала правильных черт лица, и даже сообщала им некий романтический шарм. Не успел я додумать эту фразу, как покраснел и устыдился. Судя по обильной испарине на лбу, боли его терзали более чем реальные, и переносил он их с мужеством, достойным уважения. В общем, влюбиться в такого мужчину можно запросто, несмотря на его многочисленные болезни. Женщины часто любят больных и увечных.

Я отвел взгляд в сторону и угрюмо повторил:

– Кто вы ей?

Спокойные серые глаза смотрели на меня с доброжелательным интересом.

– Не знаю, что и ответить, – произнес он, наконец. – Скажу только одно, но думаю, это вас успокоит. Мы не любовники и никогда ими не были.

Подумал и добавил:

– И никогда не будем.

Я с облегчением откинулся в неустойчивом кресле, забыв про колесики, и сразу отъехал на несколько шагов.

– Вы близкие родственники? – с надеждой спросил я, возвращаясь на место.

– Я уже давно советовал Марине с вами объясниться.