Книга Любовь по контракту, или Игра ума, страница 211 – Карина Тихонова

– Ладно, прекратим этот разговор, – оборвал меня Андрей и открыл дверцу машины. – Надо было сделать то, что я тебя просил. Предложить деньги и договориться о перемирии. Ты не имел права ее оскорблять.

– Если ты сейчас предложишь ей деньги, то не развяжешься никогда, – предупредил я.

Андрей внимательно посмотрел на меня.

– Я думаю, тебе надо отдохнуть, – сказал он сухо. – Твое сегодняшнее поведение можно объяснить только сильным переутомлением. Как ты, наверное, догадываешься, гонорар за сегодняшний бенефис ты не получишь. Прощай.

Он сел в машину, отвернулся назад и автомобиль медленно попятился по узкой дорожке двора.

Я проводил его взглядом. Одним клиентом у меня стало меньше. А еслиучесть, что вместе с ним я потерял множество потенциальных работодателей, то следовало признать: мои дела пошли хило. Может, он прав, и все дело в том, что я переутомился?

Я решил плюнуть на остаток дня и поехать домой. Мне не хотелось никого видеть. Определенно, я становился мизантропом.

Уже подъезжая к дому, я заметил у подъезда женскую фигуру в знакомом клетчатом пиджаке. «Не может быть!» – поразился я. Не ожидал от Маринки такой прыти. Честно говоря, после того, что я натворил в нашу прошлую встречу, не думал увидеть ее вообще когда-нибудь.

Я припарковал машину прямо во дворе, поставил на руль блокировку, вышел и включил сигнализацию. Мой гараж довольно далеко от дома, и иногда, чтобы не возвращаться дворами, я оставляю джип возле подъезда. Неосторожно, конечно. Но если уж машину решат угнать, то угонят и из гаража.

Я неторопливо шел к подъезду, не глядя на женщину, дожидавшуюся меня. И лишь когда подошел совсем близко, остановился и взглянул на нее в упор.

Маринка заметно похудела со времени нашего последнего свидания. Если скотство, которое устроил двойник, можно назвать свиданием.

– Привет, – сказала она нерешительно. Таким тоном обычно говорят, когда не знают: погладят по головке или дадут пинок.

– Привет, – ответил я равнодушно.

Маринка несколько минут пытливо изучала меня, но я был на удивление спокоен и сам этому поразился.

– Ты не считаешь, что мы должны поговорить? – наконец спросила она.

Я немного подумал. Да, наверное, должны. Только говорить я с ней буду не раньше, чем получу от Тимки интересующие меня сведения. Тогда и сделаю выводы.

– Не сейчас, – отказался я.

– Почему?

Я невольно вздохнул. Прав Андрей, я сильно переутомился. Доведу до конца Юлькино дело и махну куда-нибудь на острова.

– Никита, я хочу тебе все объяснить, – тихо сказала Маринка. Я посмотрел на нее безо всякой злости. Перегорело. Но я ей больше не верил.

– Ты слишком часто врешь, – ответил я мягко.

Она побледнела. Наверное, уже догадалась, что я был у нее дома той ночью, о которой мне не хотелось вспоминать.

– Я скажу тебе всю правду, – заявила она твердо.

– Да? – спросил я без особого интереса. Правду я узнаю только от Тимки.

– Да, – подтвердила она запальчиво. – Я все тебе расскажу, и ты поймешь, что...

Она смешалась,остановилась и судорожно поискала нужные слова. Я насмешливо и грустно наблюдал за ее стараниями. Наконец не выдержал и взял за локоть.

– Иди домой, – сказал я так мягко и убедительно, как только мог. – Мы поговорим, но не сейчас.

Неожиданно Маринка всхлипнула. По ее лицу градом потекли слезы.