Книга Смерть на рыболовном крючке. Горячие дозы. Тяжкие преступления, страница 202 – Лоуренс Гоуф

— Он был единственным владельцем газеты, основанной его отцом еще в тысяча девятьсот тринадцатом году.

— Отец жив?

— Умер пять лет назад, — покачал головой Уиллоус, — но, если верить сотрудникам, фактически Ли давно уже руководил газетой.

— Кому достанется наследство?

— Жене, сыну и дочери.

— Вы думаете, кому–нибудь могло понадобиться убрать его с дороги?

— Вряд ли, — ответила Паркер.

— Почему?

— Дочери всего тринадцать лет. А сын учится в Гарвардском университете. Теперь ему, вероятно, придется прервать образование.

— А безутешная вдова, — сказал Бредли, — и так чуть не свалилась с инфарктом. Значит, семья вне подозрений. — Бредли стряхнул пепел в чашку. — У Ли не было долгов? Скажем, проиграл крупную сумму?

— Насколько нам известно, нет.

— Может, его сынок в Бостоне что–то знает?

— Он прилетит на похороны, — ответил Уиллоус. — Тогда мы с ним и побеседуем.

— Хорошо бы, тебе удалось распутать это дело, Джек. Ты не связывался еще с отделом по борьбе с преступностью в азиатских кварталах?

— Клер разговаривала с сержантом Монтечино.

— И?

— Последний случай похищения, — начала Паркер, — был зарегистрирован пять лет назад. С тех пор банды этим перестали заниматься. Почему — никто не знает. Вымогательства случаются часто, но похищения — нет.

В полиции Ванкувера работало четыре человека китайского происхождения. Но их никогда не засылали в банды, орудующие в общине; это было слишком опасно: крепкие связи между людьми, они друг друга знают. Новости о преступленияхазиатских банд появлялись на первых страницах газет каждую неделю. Родители возили детей в школы Вест–Сайда через весь город, чтобы уберечь их от дурного влияния. На Бредли висело несколько нераскрытых убийств, совершенных бандами, причем одно из них уже почти два года. Еще один прокол, и шеф полиции города устроит Бредли крупные неприятности.

— Знаешь, сколько стоят эти сигары?

— Понятия не имею, — ответила Паркер.

— А ты, Джек?

— Центов десять?

Бредли возмущенно хмыкнул, выпустив струю дыма.

— Семь долларов! — сказал он. — Представляете? Я начал их курить лет пять или шесть назад. Тогда они продавались в магазине табачных изделий в Гэзтауне по два доллара за штуку. На десятку можно было купить шесть. Я тогда был штатным сержантом, женатым, с детьми. И выкуривал за день штуки по три, не задумываясь, получая огромное удовольствие от того, что мог себе это позволить. Теперь сигары стоят втрое дороже, но мне они все равно доступны, меня же повысили, и я зарабатываю немало. — Он помахал сигарой в воздухе, оставляя маленькие колечки дыма. — Но вот от этой сигары — никакого удовольствия. Знаете почему?

— Почему? — спросила Паркер.

— Потому что убийца разгуливает на свободе, — умник с садовым шлангом, который считает, что он хитрее всех. И я ни от чего не смогу получить удовольствия, пока мы не припрем его к стенке и не заставим отвечать перед законом. — Бредли сурово глянул на Уиллоуса и Паркер. — Понятно?

— Куда уж понятнее, инспектор!

— Как тебе накачка? — спросила Паркер. Они с Уиллоусом торопливо шли по переулку за зданием департамента уголовного розыска к подземным автостоянкам, стараясь не ступать в жидкую грязь, смешанную с машинным маслом.

— Бывали и получше.

Уиллоус получил «форд–фейрлейн» из автохозяйства департамента. Машина была припаркована на третьем подземном этаже. Уиллоус и Паркер шли плечо к плечу по бетонному съезду в гараж. Сзади из–за угла выехала на большой скорости патрульная машина. Автомобиль занесло, и полицейский за рулем громко засигналил. Уиллоус схватил Паркер за локоть и оттащил ее с дороги. Проскакивая мимо, полицейский подмигнул им. Это была игра, в которую играли все, — нравилась она кому–то или нет.