Книга Волчья балка, страница 40 – Виктор Мережко

Игорь со стороны понаблюдал за происходящим, набрал в мобильном номер.

— Батя, коротко… Ты как-то упоминал о человеке по кличке Щур. Он проходил у вас, по-моему, по рэкету. Можешь навести о нем справки?.. Очень нужно,отец!.. Чем быстрее, тем лучше. Приеду — изложу. Салют.

Володя Гуськов вышел из главного входа местного университета, быстро сбежал по ступенькам, минуя довольно плотную толпу абитуриентов, достал из рюкзака мобильник.

— Мам, все! Поздравь, документы приняли!.. Когда результаты? Через двадцать дней!.. Вывесят списки, назначат собеседование. Как ты там?.. А этот человек? Все еще дрыхнет? Не трогай его, пусть спит. Скоро буду! Привет!

Почти уже вышел за университетскую ограду, готов был направиться в сторону автобусной остановки, как вдруг услышал рвущее перепонки рычание мощного байка. Оглянулся, увидел бесцеремонно въехавшего прямо во двор на крутом мотоцикле парня, придержал шаг.

Находившаяся здесь публика притихла, стала с интересом наблюдать за мажорным абитуриентом. Тот заглушил двигатель, не спеша ступил на асфальт, снял черный тяжелый шлем, обошел вокруг своего чудо-мотоцикла, проверил, хорошо ли он стоит, двинулся ко входу в университет.

— Виталик! — громко окликнул его Володя. — Глушко!

Тот оглянулся, не сразу узнал, двинулся навстречу, снимая с рук гоночные перчатки.

— Привет, чувачок… Гусек, по-моему?

— Он самый.

Пожали руки, Гуськов кивнул в сторону байка.

— Давно приобрел?

— Сегодня. Отец подарил ко дню рождения.

— Круто, — не без зависти заметил Володя. — Получается, у тебя два праздника в одном пузыре.

— Получается так.

— Поздравляю.

Виталик снисходительно кивнул, поинтересовался:

— Документы сдал?

— На журналистику.

— Я тоже пойду занесу. На юридический.

— Ну, каждому свое. Теперь это модно.

— Ты сейчас в какую сторону?

— На автобус.

— Домой? Хочешь, подброшу?

— Вообще-то, не против. Никогда на таком не ездил.

— Жди. Заодно присмотри за тачкой, — Виталик сунул Володе шлем, быстро зашагал в сторону входа в университет.

Мотоцикл, широченный, ревущий, сверкающий, несся на серьезной скорости по улицам города, обращал на себя внимание народа, эффектно притормаживал перед светофорами, выделывал крутые кренделя между автомобилями.

— Как ты, Гусек? — оглядывался Виталик. — Не труховато?

— Нормально, — щурился от ветра Володя.

— Тремайся покрепче, чувак. И работай корпусом, чтоб не заносило.

— Стараюсь.

Пересекли центральные улицы, помчалисьпо набережной, справа гладкой фольгой блеснула Волга, ударила по глазам.

— Извини, забыл, как тебя реально? — крикнул Виталик.

— Володя.

— Меня Виталий.

— В курсе.

— Просто давно не пересекались. Лет пять, наверно. Запомнил, что по-смешному — Гусек.

— Как раз пять. На городской олимпиаде. Мне тогда было тринадцать.

— Класс!.. Здорово, что окликнул.

— Сначала обратил внимание на байк, потом на тебя!

— Сам не верю, что получил такую игрушку!

— Дорогая, наверно?

— Бабки не мои. Папашкины!

— Здорово!

Выскочили на окраинный район, дорога здесь стала хуже, в выбоинах. Виталик сбавил слегка скорость, взял правее на неукатанную зеленую обочину, прибавил газ, и мотоцикл помчался дальше, пугая прохожих, удивляя редких автомобилистов, возбуждая дворовых собак за заборами.

Вырулили на узкую улочку, прилепились к самому плетню, подкатили к калитке. Псы в соседних домах радостно и наперебой загорланили, радуясь новому звуку в своем районе.