Книга Волчья балка, страница 172 – Виктор Мережко

— Разумеется. Примите мои соболезнования. Сам умер или кто-то помог? — внимательно посмотрел Юрий Иванович на Бежецкого.

— Врачи поставили диагноз — передозировка. То ли один развлекался, то ли в компании.

— Полиция уже работает?

— А что полиция?.. Спишут все на пагубное увлечение покойного.

— Получается, тройка ваша распалась, и вы теперь вдвоем с господином Глушко?

Теперь уже гость поднял глаза на Юрия Ивановича, не сразу ответил:

— Глушко меня слил.

— А я, по-моему, предупреждал… Кому же слил?

— Есть такой персонаж — Аверьян. Слыхали?

— Аверьян заинтересовался вашим бизнесом?

— Похоже, что да.

— У вас есть основания для таких выводов?

— У меня есть факты, — Артемий открыл папочку, вынул фотографии, на которых были запечатлены Глушко и Аверьян возле банка.

Юрий Иванович задумчиво постучал наманикюренными ногтями по крышке стола, усмехнулся.

— Любопытно. Очень любопытно, — спросил неожиданно: — На похоронах губернатора будете?

— Еще не решил.

— Я бы на вашем месте там не появлялся. Все журналисты, телевизионщики, вся публика будут вашими. Пусть лучше останется загадкой, почему вас нет. Допустим, вас вообще нет.

— Как это? — искренне удивился Бежецкий.

— Растворились, испарились, умерли.И вообще, я бы советовал вам побыстрее покинуть страну. Пока, так сказать, не прищучили.

Артемий какое-то время осмысливал услышанное, неуверенно произнес:

— А кто будет вместо меня?

— Вас это волнует?

— А как вы думаете? Столько лет отдать общему делу, и вдруг…

— Не беспокойтесь. Найдем подходящую персону. И обязательно посоветуемся с вами.

— Нет, — торопливо промолвил Артемий. — Я не готов вот так с ходу принять верное решение.

— Знаете, что такое допрос с пристрастием? — неожиданно спросил с усмешкой Юрий Иванович.

— Догадываюсь.

— Лучше догадываться, чем знать.

— Что предлагаете?

— А я уже сказал, уехать. Чем раньше, тем лучше.

— Вы, Юрий Иванович, должны понять… прямо ошарашили, — Бежецкий мотнул головой, пытаясь прийти в себя. — Ну, допустим… уехать. Кто ж меня выпустит?

— А вы уже под следствием?

— Пока нет.

— Вот и не ждите, когда за вами придут. С вашим послужным списком лучше загорать где-нибудь на Багамах или в другом райском уголке… Денежек-то поднакопили достаточно?

— Ну, денежки — это как вода. Сегодня плещется под рукой, а завтра все пересохло.

— Но на первые лет пять, думаю, хватит. А там осмо́тритесь, прице́нитесь, притретесь, что-нибудь новое замутите. А мы рядышком.

Бежецкий все еще не мог прийти в себя от неожиданного предложения, помял перед лицом кулак.

— Но опять же… если исходить из ваших соображений, Юрий Иванович… как можно быстро и незаметно уехать?.. Меня же здесь каждая собака знает.

— Поможем, — бодро кивнул тот, сразу перешел на другую тему. — Как сын?.. Нашелся?

— Слава богу. Супруга хлопочет насчет клиники.

— Надеюсь, здесь проблем не будет, — Юрий Иванович поднялся. — Насчет отъезда не беспокойтесь. Визу оформим, билет приобретем… Думаю, через недельку вы уже будете загорать под нежным и ласковым солнцем, — протянул руку. — Всего доброго, Артемий Васильевич.

— Вам тоже, — Бежецкий почему-то задом попятился к двери, так же задом вышел.

Увидел в коридоре того же господина, который встречал при входе, нелепо объяснил:

— Все, свободен, — и быстро зашагал по коридору в сторону лифта.