Онлайн книга «Кот мяукнул в третий раз»
|
– Он вам все рассказал? – Не знаю, что он рассказал вчера вам и что подразумевается под «все». Дед и внук знали, что лопата пропала, оба считали, что другой бросил ее где-то в парке. Когда мы спросили Тимофея о гербициде, он был удивлен, прямо-таки онемел. – Вы верите, что это не он? – В данном случае у обоих садовников нет мотива. Кстати, обещают прислать бригаду из Серафимовска, вроде мы тут ни на что не способны. Десять дней прошло, а мы не можем раскрыть три убийства. В общем, или мы прилагаем все силы и срочно находим убийцу, или нас ждут большие неприятности. Но вот куда приложить силы, абсолютно непонятно. Вы уж, пожалуйста, не находите больше трупов, Таисьльсанна, договорились? Для человека, ждущего неприятностей, у Стрельникова было слишком веселое настроение. Или это от безысходности? * * * Доев бутерброды с салатом и индейкой, Грайлих с внучкой откинулись на спинки стульев с чайными чашками в руках. Несмотря на то, что усадьба была еще наполовину разрушена, легко представлялось, как лет двести назад также шелестела листва, играли на окнах лучи солнца, запах сухой травы вплывал в окна. – Самое сложное, сказала Кристина,– это огромное количество не систематизированных записей. Татьяна пыталась как-то рассортировать по папкам то, что хранилось годами в беспорядке. Я и поехала в Серафимовск в исторический музей, надеясь какие-то новые записи. Хотя Григоревич давно наложил бы на них руку, но вдруг! Я даже нашла бухгалтерскую книгу начала ХХ века, но увы, никаких следов драгоценностей. – Видимо, опись составили лишь раз, именно эта книга пропала. – Так сказать, провели инвентаризацию,– пошутила внучка. – Если честно, я в шоке! Крепостное право отменили, но слугам в усадьбе платили гроши. Вот, например, приказчик. Аналог дворецкого, который следил за всеми слугами. В окрестностях Петербурга такому приказчику платили примерно 300 рублей в год. А здесь, в глуши, и ста не выходило. И ведь работали от заката до рассвета. Понятно, что жили они на всем готовом, еда, крыша над головой. Или, возьмем садовника. Главный садовник, Федосей Лавричев, получал… – Погоди, Лавричев? Как нынешний садовник? – Ну, бабуль, ему не может быть сто сорок семь или сколько ему там было бы, лет. – Неужели прадед? – Я бы не удивилась. В таких городках все друг другу родственники, хотя и однофамильцами могут быть, тем более, такая распространенная фамилия. Кстати, ты говорила, что для меня есть сюрприз. Грайлих открыла фотографию в телефоне. – Пойдем. Она отвела внучку в комнату с картиной на стене. Непроизвольно вздрогнула. – Эти замазанные лица вызывают у меня дрожь. – А мы привыкли, не замечаем. Но зачем ты привела меня к картине? Таисия показала фотографию кольца и понадеялась, что Алина ничего не сказала Кристине. Узнай внучка, что соперница узнала о находке первой… ох, зная ее темперамент, Грайлих боялась даже представить реакцию девушки. – Посмотри, похоже? – Это то самое кольцо, с картины. Перстень Болтуша. Ты хочешь сказать что нашла его? – Не я. Татьяна. – Офигеть! Да наш Дживс с ума сойдет! А где кольцо сейчас? Оно должно быть в усадьбе! – Кольцо в полиции, а Дживсу пока ничего не говори. – Он все равно уехал во Владимир. К офтальмологу. Глаза болят. Но погоди, это рубин, да? – Гранат. |