Книга Кот мяукнул в третий раз, страница 70 – Юлия Евдокимова

Грайлих не находила слов. Даже любимый Шекспир не приходил на ум. Поэтому она просто встала и протянула руку Тимофею. Еще полчаса разговора с молодым садовником, и она начнет говорить «типа» через каждое предложение. Какая зараза, однако!

– Пойдем.

Парень кивнул и встал. Руки не принял, затоптал костер и пошел вперед с понуро опущенной головой. Грайлих старалась не отставать.

Совсем стемнело, накрапывал дождь. В какой момент она ступила не на ту тропу, сама не поняла как это случилось. Вот только что Тимофей шел впереди, а теперь она одна посреди темного леса. Таисия посветила фонариком телефона, но вокруг только деревья. Покричала, позвала Тимофея – тишина. Даже если она попробует вернуться к костру, она шла на запах дыма и точно не помнит, как вышла на поляну и откуда сейчас пришла, надо же так влипнуть! Она стояла в полной тишине, среди темного леса, под моросящим дождем, не представляя, что делать.

– Мяу. – раздался хриплый звук из кустов.

Грайлих подпрыгнула от неожиданности, по рукам побежали мурашки. Для полного счастья не хватало дикого кота!

Она посветила фонариком телефона и в ближайших кустах загорелись два огонька. Там стоял тощий темный кот и пристально смотрела на актрису.

– Мяу, – так же хрипло повторил кот.

– У меня ничего нет. Я заблудилась. – Доверительно сообщила она коту. Новое «мяу» прозвучало прямо-таки издевательски.

Грайлих снова посветила фонариком и увидела, что кот медленно выходит на тропинку. не замеченную ею среди деревьев. Остановился. Оглянулся.

«Да он куда-то меня зовет!». терять нечего, актриса пошла за котом, подсвечивая путь фонариком, высоко поднятый хвост все время был «в фокусе».

Минут через десять впереди показались огни и заблестел мокрый мост над быстрой речкой. Ни Тимофея, ни полиции не видно, уже уехали. И даже не поинтересовались, а где, собственно, она сама! Грайлих попыталась ускорить шаг, но от пережитого испуга силы пропали и она еле плелась в сторону гостиницы.

До крыльца она добралась насквозь промокшей и несчастной, растерявшей весь свой привычный апломб.

Поднялась, отыскала ключ. В последний момент, уже вставив ключ в дверь, обернулась. В свете фонарей темный кот оказался черным без единого пятнышка. Мокрый и худой он сохранял достоинство, сидел, словно просто устроился отдохнуть, не поворачивая головы в ее сторону.

– Заходи, дождь на улице. – Она раскрыла дверь.

Второй раз приглашать не пришлось. Двумя прыжками кот достиг крыльца и юркнул в дверь.

«Что скажет Серафима, увидев, какого заморыша я пустила в дом к ее породистым Болеку и Лелику!»

Кот важно прошествовал в комнату, запрыгнул на стул и начал умываться, старательно слизывая холодные дождевые капли с взъерошенной шерсти.

Грайлих приняла горячий душ, натянула толстые шерстяные носки, предусмотрительно взятые в дорогу. Покормила кота, вскрыв упаковку ветчины, привезенную с собой из Москвы.

– «Азбука вкуса», не привыкай! У вас здесь такого не продают.

Она улеглась под одеяло, укрывшись сверху еще и пледом, найденным в старинном шкафу. Кот тут же прыгнул на кровать и устроился рядом. Сил прогнать его не было, а мурлыканье кота и тихий стук капель по подоконнику так умиротворяли!

«Странно, я даже ни разу не чихнула!» – подумала она прежде, чем провалиться в сон. И эта мысль была совсем не о дожде.