Книга Дело N-ского Потрошителя, страница 80 – Наталья Дым

– Итак, гражданин Рыков, на чём мы остановились с вами в прошлый раз?

Голос у сотрудника был неприятный, какой-то скрипучий и раздражающий.

– Имя? Фамилия? Год рождения?..

Вопросы он задавал монотонно, по нескольку раз повторяя одно и то же, и, кажется, совсем не слушал ответов допрашиваемого.

– Говорил уже… – Рыков большинство вопросов игнорировал или отвечал односложно и часто невпопад, всё больше и больше уходя куда-то в себя. Глаза, и так тусклые, в конце концов совсем потеряли осмысленное выражение, в уголке губ скопилась слюна, которая вот-вот грозилась потечь по подбородку.

Денис вздохнул. Профанация это чистой воды, а не допрос.

Вдруг сотрудник изо всех сил ударил ладонью по столу. Денис вздрогнул от неожиданности, а вот Рыков будто бы ничего и не заметил.

– Откуда пальто, мразь?! – тихий монотонный голос сменился криком, от которого зазвенело в ушах.

Рыков вскинул голову, в глазах появился живой блеск, и он внятно и даже горячо ответил:

– Я вам не пиджак какой-нибудь гражданский. Я пальто сроду не носил. Шинель у меня имеется. А пальто ваше мне очень и ни к чему!

Сотрудник неприятно улыбнулся и продолжил спокойным насмешливым голосом, в котором сквозила издевательская угроза:

– Ну-ну… Запираешься, значит… Хорошо. Мы с тобой ещё поговорим.

Он молча собрал бумаги и, не глядя на Дениса, вышел из кабинета. Несколько секунд Денис оставался с задержанным наедине. Рыков вдруг поднял на него глаза и затравленно пробормотал:

– Не пиджак я… Не моё пальто… Не моё…

Лязгнул засов на двери, и конвоир подтолкнул вставшего со стула Рыкова в спину. Денис тоже встал, но выйти не успел. Засов опять издевательски звякнул, и Денис остался в кабинете один. Он пожал плечами, снова уселся на стул и стал ждать. Ждать Денис умел, без этого оперативнику никак. За ним никто не шёл. Он вытащил из кармана пачку папирос, заглянул в неё – оставалась последняя штука. Выкурить сейчас? Но ведь неизвестно, сколько ещё ждать придётся. Денис вздохнул и сунул пачку обратно в карман. Сидеть он уже устал, поэтому прошёлся вдоль стен, разминая ноги. Интересно, долго его тут мариновать собираются? Ещё немного, и ему по естественной надобности припечёт. Да и вообще, не понимал он смысла происходящего. Или не хотел понимать? Эту мысль Денис гнал от себя чуть ли не с первой минуты, как зашёл в этот кабинет на Фрунзенской. Под ложечкой заныло, во рту появился кисловатый привкус страха. На секунду ему показалось, что за ним наблюдают. Денис быстро оглянулся, но в кабинете ожидаемо, кроме него, никого не было.

Вдруг очень громко, почти оглушающее лязгнул замок, и дверь открылась. На пороге стоял серьёзный Никифоров и смотрел на Дениса в упор. Слова стали бессмысленными и ненужными. Всё встало на свои места. И энкавэдэшники в квартире Рыкова, и отобранный наган на входе, ведь сотруднику органов оружие могли бы и оставить. Не чужой же он. Так что Денис не удивился, когда Никифоров отстранённо и холодно бросил ему, глядя прямо в глаза:

– Гражданин Ожаров, пройдёмте со мной.

«Ну вот и всё, – пронеслось в голове, – конец котёнку, больше срать не будет».

А ещё он подумал, что, наверное, так и не узнает, что накопал Иванов в том детском доме и как Никифоров узнал про Рыкова. И что Окунева наверняка теперь уедет с Ивановым в Москву. Ну что же, это неплохо. Только бы ребята не наделали глупостей. Хотя стоило признаться самому себе: он не знал, чего хотел бы больше. Чтобы его группа тихо проглотила новость о его аресте или всё же попыталась что-то сделать, хотя бы сходить к Малькову.