Книга Дело вдовы Леруж, страница 9 – Эмиль Габорио

– Понятно, – сказал следователь. – И мужчина этот был высокий, черноволосый, в серой блузе…

– Нет, сударь, напротив, маленький, приземистый, очень толстый и довольно старый.

– Ты не ошибаешься?

– Вот еще! – обиделся мальчик. – Я с ним разговаривал и видел его, как вас.

– Ну-ка, ну-ка, расскажи.

– Я как раз, сударь, шел мимо, когда увидел у калитки этого толстяка. Он был злющий-презлющий – просто ужас. Весь красный, даже макушка багровая. Я хорошо разглядел: он был без шляпы и почти лысый.

– И он заговорил с тобой?

– Да, сударь. Он меня заметил и окликнул: «Эй, малыш!» Я подошел. «Скажи-ка, – спросил он, – ты легок на ногу?» Я ответил: «Да». Тогда он взял меня за ухо, но не больно и сказал: «Коли так, сослужи-ка мне службу, а я дам тебе десять су. Беги к Сене. Возле пристани увидишь большое пришвартованное судно, зайдешь на него и спросишь патрона Жерве. Не беспокойся, он будет там; скажи, чтобы собирался отплывать, я готов». После этого он сунул мне в руку десять су, и я ушел.

– Как было бы приятно, – пробормотал комиссар, – если бы все свидетели были такие, как этот мальчишка.

– А теперь расскажи, как ты справился с поручением, – попросил следователь.

– Пошел на судно, сударь, нашел хозяина и передал, что было велено, – вот и все.

Жевроль, слушавший с самым живым вниманием, наклонился к уху г-на Дабюрона.

– Господин следователь, – прошептал он, – не позволите ли мне задать парнишке несколько вопросов?

– Разумеется, господин Жевроль.

– Скажи, мой юный друг, – спросил полицейский, – узнаешь ты этого человека, если увидишь снова?

– Еще бы, конечно!

– Значит, в нем было что-то особенное?

– Ну да – лицо кирпичного цвета.

– И все?

– Все, сударь.

– Но ты видел, как он был одет. На нем была блуза?

– Нет, куртка с большими карманами. Из одного торчал уголок платка в голубую клетку.

– А какие были на нем штаны?

– Не помню.

– А жилет?

– Погодите-ка, – задумался мальчик. – Жилет? По-моему, жилета не было. Да, не было, потому что… Ну конечно, вспомнил: он был без жилета, но в галстуке, концы которого были продеты в большое кольцо.

– А ты, малыш, не дурак, – с удовлетворением сказал Жевроль. – Держу пари, что, хорошенько подумав, ты вспомнишь еще что-нибудь.

Мальчик молча опустил голову. По морщинам на его юном лбу можно было догадаться, что он отчаянно напрягает память.

– Точно! – вдруг воскликнул он. – Вспомнил!

– Ну?

– Этот человек носил большие серьги.

– Браво! – вскричал Жевроль. – Примет вполне достаточно. Я его разыщу, а вы, господин следователь, можете заготовить для него вызов в суд.

– Я полагаю, что показания этого мальчика, пожалуй, самые важные, – отозвался г-н Дабюрон и, обратившись к пареньку, спросил: – Не скажешь ли, мой юный друг, что за груз был на судне?

– Вот этого не знаю, сударь: судно-то было палубное.

– Оно шло вверх или вниз по Сене?

– Но оно ведь стояло, сударь.

– Это понятно, – пояснил Жевроль. – Господин следователь спрашивает, в какую сторону был повернут нос судна: к Парижу или к Марли?

– Оба конца судна показались мне одинаковыми.

Начальник полиции разочарованно развел руками.

– Но ты, – обратился он к мальчику, – мог заметить название судна: ты ведь умеешь читать? Следует всегда смотреть, как называется судно, на которое заходишь.

– Я не видел названия, – ответил парнишка.