Книга Мисс Пим расставляет точки, страница 85 – Джозефина Тэй

Так вот что значит «сгорать изнутри», подумала Люси. «Плохо, когда человек сгорает изнутри», – как сказала Бо. Действительно плохо, если это может настолько изменить лицо. Как может лицо оставаться спокойным и при этом – выглядеть вот так? Если уж на то пошло, как можно терпеть, что орел терзает твои внутренности, и внешне оставаться спокойной?

Люси посмотрела на Бо, сидевшую во главе ближайшего стола, и поймала беспокойный взгляд, который та бросила на Иннес.

– Надеюсь, вы вручили мистеру Эйдриану пригласительный билет? – обратилась мисс Ходж к Люкс.

– Нет, – ответила Люкс, которой до смерти надоели разговоры об Эйдриане.

– И надеюсь, вы предупредили мисс Джолифф, что за чаем будет на одного человека больше.

– Он ничего не ест за чаем, так что я не стала беспокоиться.

«Ох, – хотелось закричать Люси, – перестаньте нести мелкую чушь и посмотрите на Иннес. Что происходит с ней? Посмотрите на девушку, которая в прошлую субботу была само сияние. Посмотритена нее. Что она напоминает вам? Когда сидит вот так, спокойная, красивая и совершенно больная внутри. Что она напоминает? Одно из тех удивительных деревьев в лесу, не так ли? Одно из тех внешне прекрасных деревьев, которые при малейшем прикосновении рассыпаются в прах, потому что они пустые внутри».

– Иннес не очень хорошо выглядит, – сдержанно-осторожно заметила Люси, когда они с Люкс шли наверх.

– Она выглядит совсем больной, – грубовато сказала Люкс. – А что в этом удивительного?

– Неужели ничего нельзя сделать? – спросила Люси.

– Можно найти для нее место, которого она заслуживает, – сухо ответила Люкс. – Но поскольку никаких мест вообще больше нет, это скорее всего неосуществимо.

– Вы хотите сказать, что ей надо начинать рассылать заявления?

– Да. До конца семестра осталось только две недели, и непохоже, чтобы у мисс Ходж оставались незанятые места. Большинство мест на будущий учебный год заполняются сейчас. Это ужасная насмешка судьбы, правда? То, что самая блестящая за последние годы студентка вынуждена писать заявления-от-руки-с-просьбой-о-работе-в-пяти-экземплярах-«рекомендации-не-возвращаются».

«Черт побери! – подумала Люси. – Это просто ужасно».

– Ей былопредложено место, так что ответственность с мисс Ходж снимается.

– Но это место в больнице, а она не хочет заниматься медициной, – возразила Люси.

– Да-да! Не надо обращать меня в свою веру. Я и так на вашей стороне.

Люси подумала о том, как завтра приедут родители, и сияющие дочери будут показывать им Лейс, переполненные воспоминаниями о проведенных здесь годах и надеждами на успехи в будущем. С каким, должно быть, нетерпением ждала этого Иннес, ждала момента, когда увидит отца и мать, двух людей, любящих ее так сильно, сумевших, отказывая себе во всем, дать ей то образование, к которому она стремилась, – ждала, чтобы порадовать их известием об Арлингхерсте.

Оказаться выпускницей без места было достаточно скверно, но это горе можно поправить. А вот несправедливость происшедшего не поправить никогда. Несправедливость перенести тяжелее, чем любую другую беду, – таково было твердое мнение Люси. Она до сих пор помнила уязвленность, беспомощный гнев, отчаяние, которые терзали ее, когда в юности она становилась жертвой несправедливости. Хуже всего – чувство беспомощного гнева, оно сжигало, как на медленном огне. Выхода не было, потому что с этим ничего не поделать. Действительно гибельное чувство. Люси подумалось, что тогда ей, как Иннес, не хватало чувства юмора. Однако разве когда-нибудь молодые обладали способностью посмотреть со стороны на свои горести и разумно оценить их? Конечно, нет. Не сорокалетние шли к себе наверх и вешались, потому что кто-то в неподходящий момент сказал неподходящее слово, а четырнадцатилетние подростки.