Книга Загадка камеры № 13, страница 90 – Жак Фатрелл

Хэтч не испытывал страха за свою личную безопасность, пока подчинялся приказам и точно им следовал. Кроме того, Мыслящая Машина явно имел какое-то отношение к этому делу, и данное обстоятельство еще сильнее подхлестывало любопытство Хэтча.

Сейчас он уже свыкся с ситуацией, в которой оказался, и надеялся, что, когда они доберутся до места, куда направлялись, для него наступит какая-то ясность. В один момент ему показалось, что он слышит всхлипывания идущей за ним женщины, и у него возникло желание обернуться. Однако, вспомнив ее предостережение, Хэтч передумал. Но если бы репортер оглянулся, то увидел бы, что она плетется за ним с револьвером, болтающимся в безвольно опущенной руке, и плачет.

Пройдя милю или чуть больше, они добрались до небольшого двухэтажного дома, стоявшего немного в стороне от дороги.

– Иди туда! – скомандовала его похитительница.

Он свернул в ворота и пять минут спустя уже стоял в уютно обставленной комнате. Женщина включила свет, который оказался довольно тусклым. Затем, почти демонстративно сбросив шляпку с вуалью, повернулась к нему. У Хэтча перехватило дыхание от волнения: женщина оказалась изумительно красивой, во всем блеске своей молодости. Ее щеки пылали.

– Полагаю, тебе известно, кто я? – спросила она.

– Ну да, конечно, – уверил Хэтч незнакомку, хотя был уверен, что видит ее впервые в жизни.

– Наверное, ты думаешь, что это мерзко с моей стороны – заставлять тебя стоять с поднятыми руками все время, но я ужасно испугалась, – сказала женщина и улыбнулась немного неуверенно. – У меня просто не оставалось выбора.

– Это был единственный возможный вариант, – согласился Хэтч.

– Теперь я хочу попросить тебя написать ему обо всем, что сейчас случилось, – продолжила она. – И отметь, что этот вопрос необходимо решить немедленно. Я позабочусь, чтобы письмо доставили адресату. Сядь здесь!

Она взяла револьвер со стола, куда его положила минутой раньше, и придвинула Хэтчу стул. Тот подошел и сел на него. Перо и чернильница были перед ним, и он понимал, что оказался в ловушке. Хэтч не мог написать письмо неизвестному «ему», о котором сам недавно говорил, к тому же он не имел представления, о чем писать, поэтому просто сидел, тупо таращась на бумагу.

– Ну? – спросила она подозрительно.

– Я не могу написать это, – признался он внезапно.

Она одарила его холодным взглядом, как будто получила подтверждение своей догадке, а Хэтч, в свою очередь, уставился на револьвер, буквально поедая его глазами. Он чувствовал, как в комнате нарастает напряжение, но не видел способа снизить его.

– Ты мошенник! – наконец воскликнула она. – Детектив?

Хэтч не стал отрицать этого. Не сводя с него глаз, она попятилась к колокольчику, висевшему у двери, и энергично позвонила несколько раз. Немного спустя дверь открылась, и двое мужчин, вероятно слуги, вошли в комнату.

– Отведите этого джентльмена в заднюю комнату на втором этаже, – приказала она, даже не удостоив их взглядом, – и заприте там. Внимательно приглядывайте за ним. Если он попытается сбежать, остановите его! Всё.

Эта сцена опять напомнила Хэтчу эпизод из романа Дюма. Репортер попытался что-то возразить, но по блеску в глазах женщины понял, что это бесполезно и, пожалуй, даже опасно, поэтому предпочел подчиниться. В результате его, как пленника, отвели наверх, и один из мужчин остался с ним в качестве охранника.