Книга Могут ли леди убивать?, страница 5 – Питер Чейни

Я говорю, что еду прямиком в отель и что из-за тумана рассчитываю вернуться туда часам к одиннадцати. Предлагаю ему встретить меня там и малость промочить горло. Терри отвечает, что ради виски и на край света помчится.

Выхожу на улицу, завожу машину и еду обратно. Туман навалился, как одеяло, да еще и дождик моросит. Мерзкий вечерок. Езда в такую погоду – одно мучение, так что возвращаюсь я только в четверть двенадцатого.

О’Халлоран, понятное дело, у меня в номере. Ту бутылку, что я заказал в прошлый раз, он уже прикончил, и я беру еще одну.

– Послушай, Терри, – говорю ему. – Я на этой работе подошвы сотру. Хочу наведаться к Ли Сэму домой да поговорить с его дочкой. Мне надо знать, где Марелла Торенсен.

Он ставит стакан на стол.

– Почему бы тебе не позвонить ее мужу? У него квартира на Ноб-Хилл. Может быть, она тоже там.

– Может, да, а может, нет. Если бы эта дама хотела поговорить с мужем о том деле, о котором хочет поговорить со мной, она бы это уже сделала. Прямо сейчас я не хочу беспокоить этого парня Элмара Торенсена. Хочу поговорить с китаянкой, а ты, будь другом, сделай кое-что для меня. Оставайся здесь с виски. Возможно, мне еще кое-что от тебя понадобится. В таком случае позвоню тебе из дома Ли Сэма.

– О’кей, Лемми. Как по мне, так лучше и не бывает. Ноги на стол и пью виски. Что еще надо для счастья?

Я выхожу. У двери оглядываюсь – он уже тянется за бутылкой.

Такси доставляет меня на холм и высаживает возле Вейл-Даун-Хаус, где живет Ли Сэм. Подхожу ближе и вижу: сквозь туман просвечивает окно. Дом здоровенный, стоит на собственном участке и окружен высокой стеной с большими разукрашенными воротами. Похоже, «зеленых» у старика, что листьев на дереве весной.

Прохожу через ворота, иду по подъездной дорожке, звоню. Дверь открывает узкоглазый тип в костюме дворецкого. Говорю, что я – федеральный агент, хотел бы перекинуться парой слов с мисс Ли Сэм. Он проводит меня в гостиную, где куча шикарной китайской мебели, и велит подождать.

Минут через пять в комнату заходит китаец – наверное, сам Ли Сэм. Благообразный старичок с седыми бакенбардами и китайской косичкой, которую в наши дни носят немногие. Одет он во все китайское и выглядит так, словно сошел с картинки на блюде с ивовым узором. Лицо приятное, спокойное, вежливое и улыбчивое, и по-английски чинки говорит хорошо, только что звук «р» не выговаривает.

– Вы хотите видеть мисс Ли Сэм? Могу ли я чем-нибудь помочь? – спрашивает он. – Извините, что побеспокоили полицию без необходимости. Моя дочь в полной безопасности. Она плосто ездила навестить длузей. – Он улыбается. – Молодые люди такие легкомысленные.

– Хорошо, Ли Сэм, – говорю я. – Рад, что с вашей дочерью все в порядке. Но мне надо с ней побеседовать, понимаете? По другому делу.

Он вроде как немного удивлен, но ничего не говорит, а только пожимает плечами, разворачивается и выходит из комнаты.

Я снова сажусь, закуриваю сигарету. Через пару минут дверь открывается, входит дамочка. И какая! Вы уж мне поверьте, сногсшибательная.

Высокая, стройная и гибкая, но отнюдь не худышка. Эти округлости и изгибы – все при ней. Увидев такую фигурку, самая первоклассная манекенщица прыгнула бы от зависти в озеро. А если еще добавить черные как ночь волосы и бирюзовые глазки… Если бы я не знал, что эта конфетка – дочь Ли Сэма, то и за миллион лет не догадался бы, что она китаянка. Принял бы за самую что ни на есть суперамериканскую красотку.