Книга Еще один глоток, страница 70 – Питер Чейни

– Шикарная девушка, – вздохнул Беллами. – Каким же я оказался идиотом!

Ванесса грациозно пожала плечами.

– За что боролись, Ники, на то и напоролись. Честно говоря, я не думаю, что это – ваша самая большая беда.

Беллами посерьезнел.

– Знаю. Вы видели письмо, которое я написал Кэроле?

Ванесса кивнула и налила себе чаю.

– Ничего во всем этом нет хорошего, вы со мной не согласны, Ники?

– Это гнусно, – ответил он. – Я думал обо всем этом, пока у меня ум за разум не стал заходить. Будь я проклят, Ванесса, если я знаю, что делать.

Ванесса внимательно посмотрела на него, поставила чашку на столик рядом с диваном и заложила руки за голову. Беллами отметил, что красота ее почти совершенна и что в ней был какой-то абсолютный покой, который трудно выразить словами. Конечно же, в ней что-то было.

– Единственное, что вы должны сделать, Ники, – посоветовала она, – и если у вас остался здравый смысл, вы сделаете это, не задумываясь, – пойти в Скотленд-Ярд к офицеру, который занимается этим делом, и рассказать ему всю правду. Если вы это сделаете, вы спасены. Если нет, вас будут подозревать.

Он кивнул.

– Вы, конечно, правы, но если я это сделаю, они наверняка арестуют Харкота. Они его тут же схватят.

Он пошарил в нагрудном кармане пиджака и извлек конверт, а из конверта – окурок сигареты, которую Харкот дал ему в клубе Мотта.

– Посмотрите на название, Ванесса, – показал он. – «Марокко». Это сигареты, которые курит только Харкот. Я нашел этот окурок еще дымящимся в пепельнице у постели бедной Фреды. – Беллами лгал с легкостью, которая дается лишь долгой практикой: – Он был там. Клянусь чем угодно, он был там, когда я вошел в квартиру. Он спрятался и выскользнул при первом же удобном случае, когда я был в спальне.

Ванесса улыбнулась и протянула руку к чашке.

– Похоже на Харкота. Большую часть жизни он потратил на то, чтобы проскальзывать и выскальзывать из разных мест и ситуаций.

– Вы не любите его, Ванесса? – спросил Беллами.

Она улыбнулась, и это была жесткая улыбка.

– Я испытываю к нему отвращение.

Ванесса открыла ящичек с сигаретами и взяла одну из них. Беллами приблизился и дал ей прикурить. Склонившись над ней, он оценил прелесть ее глаз, глядевших на него снизу вверх.

– Я знаю о Харкоте столько, сколько не знает никто, – сказала она. – Так уж случилось: мы были женаты семь лет. И за все это время я не видела, чтобы он сделал что-то бескорыстно или повел себя порядочно. Если бы я не позаботилась о последних своих грошах, он бы и их промотал, как промотал все, что у меня было, когда я выходила за него. Бог его знает, почему я стала его женой, – с горечью воскликнула она. – Если есть на свете законченная дура, так это была я.

Беллами согласно кивнул.

– Я знаю, Харкот – тяжелый случай. Хотя какое право имею я говорить об этом?! Я и сам от него не далеко ушел.

Ванесса улыбнулась.

– Здесь не может быть никакого сравнения, – твердо возразила она. – Никакого. Ваши прегрешения – это, скорее, промахи. Вы пьете больше, чем нужно. Вы не слишком прилежны в работе. Вы – забавный человек, Ники. Но в глубине души вы – славный парень. Любая знающая вас женщина это подтвердит. К тому же вы щедры и бескорыстны и никогда не присасываетесь к людям как паразит.

Ее лицо исказила гримаса.

– А Харкот способен украсть последний медяк у спящего нищего.