Книга В Рождество у каждого свой секрет, страница 72 – Бенджамин Стивенсон

Но я не такой идиот, чтобы ставить на кон свою жизнь, полагаясь только на умозаключения. Хотя я не мог открыть барабан, чтобы проверить, чем заряжен пистолет, зато нашел в мастерской настоящую пулю, без гравировки в виде буквы В, которую Райлан передал во время представления Шону. Зная, какой пули нет в пистолете, нетрудно догадаться, какая в нем есть. Я взял настоящую пулю, собираясь похвастаться собственной хитростью, как полагается детективу в конце каждого дела, но не смог произнести ни звука.

Я попытался снова, и опять никакого злорадства, одно только бульканье.

Недавнее самодовольство сменила боль в груди. Я опустил взгляд и увидел, что рубашка на груди пропиталась кровью. И тут же вспомнил, как Тереза оттаскивала Во от пистолета, даже зная, что тот заряжен восковой пулей. Вспомнил пунктирную линию на схеме: минимальное безопасное расстояние, на котором пуля расплавится. Ближе этой черты она действует так же, как настоящая.

Я пошатнулся, и вторая пуля выскользнула у меня из пальцев. Звякнув, она упала на стеклянный пол. Роджер бросился на колени, торопясь поднять ее. Я посмотрел в окно, потом услышал, как щелкнул легко открывшийся после выстрела барабан, как Роджер зарядил револьвер другой пулей. Скала приближалась, только теперь она расплывалась перед глазами.

Роджер поднялся на ноги. Он с усмешкой скользнул взглядом по кровавому пятну на моей рубашке и поднял пистолет. Я старался стоять прямо, но колени дрожали. Я выставил перед собой еще послушную руку, словно надеясь прикрыться этим ненадежным щитом. Роджер оглянулся на платформу: Фьют, Шон и Динеш наблюдали за разворачивающейся сценой. Появились и другие люди, в полицейской форме. Костяшки пальцев Роджерана спусковом крючке побелели от напряжения. А потом он медленно опустил и ствол, и голову. Если бы я вообще мог дышать, пусть слабо и странно, чувствуя привкус крови, то и тогда мой вздох облегчения был бы недолгим. Роджер все-таки выстрелил. Прямо в стеклянный пол.

Пуля со звоном отскочила, оставив в полу крохотную щербинку.

До платформы оставалось каких-то двадцать пять метров, но она с равным успехом могла бы находиться на другом краю футбольного поля. Отвесный край скалы означал, что под нами все еще сотни метров пустоты. Со звуком, похожим на рвущуюся клейкую ленту, щербинка превратилась в трещинку, которая зигзагообразной молнией пробежала до угла вагона. За ней другая, а затем весь пол покрылся паутиной трещин.

— Счастливого Рождества! — надменно проговорил Роджер.

И стеклянный пол провалился под нашими ногами.

— «Сыщик-растяпа сбрасывает убийцу с фуникулера», — прочитала вслух Джульетта заголовок рождественского репортажа на ноутбуке и погладила мое плечо.

Заглавная фотография была просто потрясающей: Роджер висел в воздухе под лишившимся дна вагоном, а я цеплялся здоровой рукой за поручни внутри кабины. Когда вагон наконец остановился на платформе, я держался только на кончиках пальцев.

Что касается выстрела, то я все же находился достаточно далеко от ствола и получил только треть восковой пули. В награду мне также досталось пробитое легкое.

— А ты думал, что Фелман теперь напишет про тебя что-нибудь хорошее? — продолжала Джульетта. — После всего, что случилось.

Я просмотрел статью: Динеш, Во, Тереза и Шон помогли следствию. Поскольку орудием убийства была не пуля, их затруднительно было обвинить в сговоре. А вот Фьют, единственную, кто совершил доказуемое преступление, взяли под арест. Парадоксальным образом Роджеру все-таки удалось дать своим подопечным второй шанс.