Книга Безупречные создания, страница 64 – Елена Михалёва

В какой-то момент Лиза с отчаянием подумала, что от классной дамы она не избавится и надо бы сообщить Алексею Константиновичу о том, что их планы пошли прахом. Но ситуация разрешилась наиболее неожиданным образом.

За три дня до запланированного визита к Юсуповым Елена Александровна Ливен объявила, что институт получил два десятка пригласительных билетов в Мариинский театр на оперу «Валькирия». Дозволено пойти старшим ученицам и их наставницам. Дата мероприятия как раз совпадала с приглашением к Юсуповым. Это несказанно обрадовало Лизу.

Девушка объявила классной даме, что обещала посмотреть это произведение со своим почтенным родителем, когда он возвратится в столицу, и не хочет идти без него, поскольку считает подобный поступок ужасно некрасивым.

Свиридова попыталась уговорить Лизу сходить со всеми, а потом повторно посмотреть оперу с отцом, но девушка возмутилась. Она категорично заявила, что желает разделить впечатления с папенькой.

Кажется, Анну Степановну это расстроило, но Лиза тут же нашлась что ответить. Девушка сказала, что её любимая наставница может пойти с остальными «белыми» девушками и их классными дамами, а она прекрасно проведёт вечер в институте за чтением книги.

После непродолжительных уговоров Свиридова, которой ужасно хотелось сходить в театр, всё же уступила. Однако давать полную волю Бельской она не стала. Вместо этого она попросила Ксению Тимофеевну приглядеть за девушкой. «Голубых» смолянок к тому времени уже отпустили на каникулы. Класс Веленской разъехался по домам полностью. Ксения Тимофеевна согласилась провести день с Лизой. Даже строила планы о том, как они пойдут на пикник и почитают там вслух стихи на французском.

Но вот наступил день спектакля. «Белые» институтки нарядились в свои лучшие светские платья и под предводительством классных дам и самой княжны Ливен покинули институт заранее. До начала оперы они собирались погулять в центре города и отужинать в ресторане на набережной Невы. Взволнованные и радостные, они совершенно не обращали внимания ни на кого вокруг. К счастью для Бельской.

Ещё утром, когда Ксения Тимофеевна пришла за ней, чтобы позвать к завтраку, Лиза изобразила искреннюю печаль. А на все вопросы Веленской отвечала, что тоскует по своим погибшим подругам. Ведь, сложись всё иначе, они бы отправились в оперу вчетвером. Они должны былиотправиться вчетвером.

– Ужасно несправедливым мне кажется, что жизнь продолжается, а Оли и Тани в ней больше нет, – призналась Бельская и ощутила, как болезненно сдавило что-то в груди.

– Поэтому вы не пошли в оперу? – предположила вдруг Ксения Тимофеевна. – Не захотели радоваться тому, чему ваши покойные подруги порадоваться уже не смогут?

– Да, – кивнула Лиза, а потом заплакала. Совершенно искренне.

Ей и вправду не хотелось веселиться, покуда виновник смерти девушек разгуливал безнаказанным.

Веленская принялась утешать Лизу. Со всей искренностью и отдачей молодая наставница проявила участие. Она и сама едва не расплакалась, жалея погибших девушек.

– Ксения Тимофеевна, пожалуйста, пойдёмте со мною в храм, – горячо взмолилась Бельская.

– В храм? – переспросила с изумлением классная дама.

– Именно, – закивала Лиза. – Знаете, меня ведь и на похороны девочек не пустили. Полагаю, боялись, что мне там дурно сделается. Или же не хотели, чтобы посторонние люди меня расспрашивали. Особенно журналисты, которые докучают в подобных ситуациях всем без разбору. А я бы очень хотела пройтись по храмам, поставить свечки и помолиться, – Бельская вдруг с жаром схватила наставницу за руку. – Давайте сходим? Очень вас прошу! Помолимся за Оленьку и Танюшу. Это куда правильнее, чем смотреть спектакли или праздно отдыхать на солнышке, ведь так?