Книга Безупречные создания, страница 62 – Елена Михалёва

– Оставьте мне что-нибудь, – не поднимая взгляда, вдруг попросил мужчина.

– Что? – не поняла Лиза.

– Что угодно. Хотя бы зонтик, – он махнул рукой на кружевной предмет, который так и стоял прислонённым к кушетке. – Чтобы у меня был предлог передать вам нечто забытое, когда я договорюсь с Юсуповым о встрече. Мне же нужно как-то сообщить вам об этом.

– О, конечно. – Лиза подхватила зонтик, но потом вдруг передумала и снова полезла в сумочку. – Я вам лучше перчатки оставлю. Зонт – это слишком приметно.

Она отыскала лёгкие летние перчатки и положила их на кушетку.

Эскис тем временем закончил писать. Он обошёл стол и вручил Лизе бланк.

– Вот. – Алексей Константинович вдруг поймал её руку и деликатно поцеловал пальцы, едва прикоснувшись к ним губами, после чего снова мягко улыбнулся. – Будьте осторожны, Елизавета Фёдоровна. Прошу вас. И если вдруг почувствуете себя неважно, идите в лазарет. И сразу посылайте за мной. Говорите, что я ваш врач. Требуйте моего незамедлительного приезда.

– Полагаю, что это лишнее. – Лиза неспешно высвободила руку. – Благодарю вас. И буду ждать новостей.

Пару мгновений они просто смотрели друг на друга. А затем Алексей тихо спросил:

– Вам уже пора?

– Несомненно. – Лиза повесила зонтик на сгиб локтя, а пузырьки и бланк спрятала в сумочку.

– Я могу сделать для вас что-нибудь ещё? – невозмутимо спросил мужчина.

Разумеется, за вопросом не скрывалось ничего, кроме вежливости, но девушке всё равно сделалось до невозможности приятно. Настолько, что в груди разлилось трепетное, волнующее тепло.

Лиза похлопала ресницами и с улыбкой прошептала:

– Полейте цветок. Пока он не увял окончательно.

Алексей проследил за её взглядом. Кажется, впервые за долгое время он вспомнил о том, что в кабинете вообще есть растения. Усмехнулся.

– Обязуюсь спасти его жизнь сегодня же.

– Вы настоящий врач, Алексей Константинович.

Он с шутливым поклоном открыл перед ней дверь и посторонился, пропуская девушку.

Но за порогом кабинета Лиза на мгновение растерялась из-за того, что в приёмной за время их беседы успели скопиться посетители. Вид у некоторых был весьма недовольный. У одного мужчины оказалась перевязана голова. На софе сидела женщина с маленьким мальчиком, который беспрестанно ныл, чем сводил с ума свою мать и всех вокруг. Остальных пациентов Бельская даже рассматривать не стала.

Возле кофейного столика с абсолютно прямой спиной стояла Свиридова. Её ледяным взглядом можно было заморозить не только Петербург, но и весь Финский залив в придачу.

– Анна Степановна, доброго дня. – Эскис вежливо улыбнулся классной даме, а затем коротко сказал Лизе: – Выздоравливайте, Елизавета Фёдоровна.

– Я передам ваш привет папеньке. – Лиза вежливо присела в реверансе, после чего они распрощались.

Алексей, кажется, полностью потерял к ней всякий интерес и занялся следующим пациентом. А Лиза подошла к Свиридовой.

Женщина хранила угрожающее безмолвие.

Она так же молча взяла с кофейного столика две перевязанные лентой кондитерские коробки и пошла прочь. Воспитанница заторопилась следом. Но заговорила Анна Степановна лишь тогда, когда они сели в экипаж и двинулись в обратную сторону.

– Вы меня обманули, – холодно отчеканила Свиридова, глядя прямо перед собой.

Коробки с пирожными она поставила на сиденье между ними, будто стену возвела, и теперь придерживала рукой, чтобы они не упали. Как бы наставница ни сердилась на воспитанницу, она понимала, что десерт ни в чём не виноват.