Книга Красный кардинал, страница 95 – Елена Михалёва

– Не он, – беззвучно шевельнула губами Варя и легла на левый бок.

Отец Эмилии. Драйер Карл Эдуардович. Отставной коллежский асессор и большой любитель жить не по средствам. Он сильно в долгах. Занимал у Обухова, а привычки отдавать не имел.

Мог ли он затеять столь сложную аферу ради того, чтобы устранить крупного кредитора?

Вряд ли. Во-первых, Карл Драйер не настолько дальновиден, судя по всему, чтобы организовывать нечто подобное. Он не может разобраться с займами, что уж говорить о чём-то более сложном. Во-вторых, он не посмел бы втягивать в преступление Эмилию. Дочь Карл Эдуардович любил столь сильно, что её достойное образование стало одной из причин, почему он влез в долги. Рисковать Эмилией он бы не стал. И в-третьих, Обухов не похож на лютого зверя, способного довести человека до преступления, чтобы только тот расплатился. Борис Иванович помогал институтам безвозмездно. Не слишком уж нуждался, насколько понимала Варя. К чему тогда было давить на Драйера? Ни к чему.

– Не он. – Воронцова скрипнула постелью и перевернулась на правый бок. Закусила губу в задумчивости.

Стряпчий Давыдов. Человек мелкий и явно скользкий. Любитель подпольных кулачных боёв. Знакомый с преступниками, вроде Штыка или Якова. Возможно, видевший их в деле. Но оплачивать такое количество вовлечённых лиц – это вряд ли. Да и откуда ему знать про долги Драйера? Если только отец Эмилии не пользуется его услугами. Это нужно выяснить.

Варя положила руку под жёсткую подушку. Подтянула ноги к животу, чтобы стало поуютнее. Но сон по-прежнему не шёл.

Кто ещё?

Тот разорённый промышленник Баранов? Неужели он мог до сих пор желать отомстить, даже после ухода в совсем иную отрасль производства? Баранов объявился на боях, но Варю не узнал. Хотя должен был хоть чем-то себя выдать, если подсылал к ней Штыка. Или просто он умелый актёр, а нападки на Германа Борисовича в театре – попытка отвести подозрения. Брехливая собака не кусает. Но всё же стоит уточнить, занят ли он общими делами с Давыдовым. Это важная ниточка.

– Mon Dieu, – устало шепнула она и вновь перевернулась на спину. Легла повыше, чтобы дать затёкшей шее отдохнуть. Со своего места на кровати она видела почти весь дортуар и приоткрытую дверь в тёмный коридор.

Был ещё некто Нелидов, которого упомянул Герман. Но для Вари этот человек оставался фигурой неизвестной и фантомной. Нелидов обращался к старшему Обухову с просьбой определить сына на приличное место, но вместо продвижения по службе юноша погиб на войне. Нелидов с потерей так и не смирился. Более того, имел привычку публично обвинять в том Бориса Обухова. Нужно будет поподробнее расспросить о нём Германа. Очередное воспоминание о скорой встрече с ним отчего-то вызвало приятное волнение в области солнечного сплетения. Воронцова подавила сей несвоевременный всплеск эмоций и возвратилась к рассуждениям про Нелидова. Мог ли страдающий отец…

Варя потеряла мысль.

Потому как в приоткрытой двери мелькнуло что-то белое. Отчётливый девичий силуэт в некоем подобии савана.

Впору бы поверить в призраков, как сказали бы её подруги. Но секундный испуг сменился любопытством. Воронцова легко вспорхнула с постели и, как была босиком, на цыпочках заспешила к двери.

Варя осторожно выглянула в коридор.