Книга Убийство под Темзой, страница 14 – Иван Любенко

Осмотрев сбитую на кулаках кожу, Ардашев вздохнул и принялся искать золотую манжетную запонку, выпавшую во время драки.

— Спасибо, сэр, — окровавленными губами, пролепетал молодой человек со слегка оторванным стоячим воротником а-ля Гладстон.

— Не стоит благодарностей.

— Вы что-то потеряли?

— Запонку.

Англичанин поднял с земли небольшой предмет и протянул спасителю.

— Вот она.

— Благодарю. Их мне подарил отец в честь окончания гимназии.

— Вы иностранец?

— Да, из России.

— Не думал, что в вашей стране так распространён английский бокс.

— Простите?

— Вы мастерски нанесли сначала хук справа, потом слева, а затем последовал разящий апперкот…

— Разве? А я и не знал. Это мой обычный стиль в драке.

— И часто вам приходится махать кулаками?

— Нет, ну что вы! Пару раз в год, не больше. В России нельзя быть слабым. А что им от вас было нужно?

— Деньги и часы. Это уличные грабители.

— Ясно.

Подав незнакомцу открытый кожаный портсигар, Клим предложил папиросу.

— О! Russian cigarettes?^[30]У нас их не найти.

Молодые люди с удовольствием задымили.

— Меня зовут Роберт Аткинсон. Студент. Учусь на хирургическом отделении Лондонского университета.

— Клим Ардашев. Закончил два курса факультета правоведения Императорского университета в Санкт-Петербурге, — отрекомендовался русский студент и пожал руку британцу.

— О! Будущий адвокат? Судья?

— Не знаю, — пожал плечами Клим. — Возможно, переведусь на факультет восточных языков. Последнее врем я увлёкся арабским и турецким. Хочется поездить по миру, а не протирать штаны в судебных заседаниях.

— Тогда вас надо познакомить с моим отцом. Он бывший дипломат. Служил консулом в Константинополе. За заслуги перед Британией королева Виктория поощрила его высшей наградой — орденом Подвязки. Он введён в палату лордов. Сейчас занимается политикой.

— Надо же, — усмехнулся Ардашев. — Я только что спас сына члена палаты лордов.

Россиянин окинул взглядом нового знакомого. Он был немного ниже ростом, имел рыжие волосы. Его оттопыренные уши смешно светились на солнце. Большой открытый лоб и пытливые глаза свидетельствовали, если не о недюжинном уме, то, по крайней мере, о любознательности.

— И за это, сэр, я очень вам благодарен. Я был бы польщён возможностью пригласить вас на кружечку эля, — выговорил молодой человек.

— С радостью! Я мечтал об этом больше суток.

— Тогда идёмте. Тут совсем рядом, на Флит-стрит есть отличное местечко.

…Остальную часть дня Ардашев помнил хорошо, но лишь до определённого момента.

Открыв под утро глаза, он обнаружил на своём плече мирно спящую миссис Тейлор. «Господи, — пронеслись едкие, точно щёлочь, мысли, — как хозяйка баржи оказалась в моей постели? Но раз уж она меня обнимает, значит, не всё так плохо».

От тепла нежного женского тела и аромата духов стало немного легче, но адски раскалывалась голова и чертовски хотелось курить. Во рту пересохло. Он попытался высвободить плечо из-под женской головки и встать, но Агнесса проснулась. На её лице появилась похотливая улыбка.

— Дорогой, — прошептала она, касаясь уха губами. — Прошу тебя ещё раз сделать со мной всё то, что ты вытворял вчера. Я была на седьмом небе… Ну пожалуйста… —простонала она и добавила: — Мой мальчик, будь послушным, взрослым леди нельзя отказывать…

Первый луч солнца проник в комнату Клима, как раз тогда, когда миссис Тейлор поднялась с постели и стала одеваться. Клим стоял у открытого окна, курил и любовался её фигурой. Хозяйка баржи вышла, но скоро вернулась, держа стакан с мутной жидкостью.