Книга В тени пирамид, страница 41 – Иван Любенко

– Мне, собственно, и говорить-то нечего, – пожал плечами господин лет тридцати, с усами подковой, переходившими в аккуратную бородку, облачённый в уже знакомый Ардашеву поношенный серый костюм. – Я археологический рисовальщик. Зовут меня Фауст Иосифович Сарновский. Сопровождаю Максимилиана Андреевича в Египет. Будем проводить раскопки.

– Вы всё-таки надеетесь отыскать золотой клад? – вновь вмешалась старуха.

– Это если повезёт – пояснил египтолог. – Сначала надобно фирман получить, то есть разрешение на проведение археологических работ. А это без бакшиша непросто.

– Сматря каму, – вмешался молодой армянин. – Ест луди, могут памоч, если хатите. – Он щёлкнул кнопкой порт-папироса из слоновой кости и, постучав папиросой о крышку, инкрустированную золотом, закурил. – Разрешите рекомендоватса: Аракел Багратович Хачикян. Еду в Каир по приглашению Нубар-паши.

– Простите, вы знакомы с самим Нубар-пашой? – усомнился капитан. – С тем, который Суэцкий канал строил? С недавним премьер-министром Египта?

– Я не очен знаю его, но мой отец друг брата его друга. В Каир многа армян. Но мала, кто университет закончил. Я в Лондон учился три года и ещё половину года. Тепер в государственный банк служит буду у господин Набарян, Нубар-паша его здес все зовут. Он директор банка стал.

– Простите, господин Хачикян, – спросил Батищев, – а где вас можно найти в Каире? По какому адресу?

– Централный банк Египта, спраситэ там, меня пазавут. Там англичан многа, но тепер и армяне будут. Два человека точно: Нубар-паша и Хачикян, – он рассмеялся в голос и сказал: – Лублу наука очен и памагу вам.

– Весьма любезно с вашей стороны, – склонив голову, выговорил учёный.

– Простите, а вы, случаем, не из Нахичевани-на-Дону будете? – полюбопытствовал Ардашев.

– Нет, из Тифлиса я. Отец там фабрика болшой ест. Раньше он кожи делал для русский армия: уздечка, хамут, седло… многа разный вещ… А тепер военный заказ нет. Он одежда, перчатка и батинка шьёт. У него самые большой магазины на Ближний Восток. Они везде: Александрия, Каир, Танта, Мансура, Константинополь, Салоники, Бейрут… Отец стал поставщик двора Его Высочества Хедива Египетского. Простите, мне лучше по-английски говарит, французки тоже знаю харашо и немецкий. Если угодна магу перейти.

– О! – воскликнул директор ростовского театра. – Господину дипломату доводилось бывать у наших соседей в Нахичевани-на-Дону? Может, и в Ростов заглядывали?

– Да, в прошлом году.

– Ох и кровавый год выдался! – покачал головой Блинохватов. – Волна убийств по городу прокатилась. Стольких людей один убивец порешил! Искал, говорят, «чёрный Арагац» – бриллиант, якобы привезённый социалистом Налбандяном из Индии. Чушь! Не было никого алмаза… Блеф. Зря только архимандрита Адама сдушегубил.

– То есть как это не было? – возмутился Ардашев. – Я самолично его отыскал и преступника сдал полиции.

– Вы? – привстал Маркел Парамонович. – Вы и есть тот самый друг Бабука Гайрабетова?

– Ну да.

– Из Ставрополя?

– Верно.

– Так бриллиант всё-таки был? Его нашли?

– Конечно.

– Тогда понятно. Выходит, это охранка слух такой распустила, чтобы армянское население не злить. Хитрецы!

– Этого нельзя исключать.

– Так ведь и армяне ничего толком не рассказывают. Стало быть, их жандармы запугали.

– Синие мундиры большие мастера страх на людей наводить.