Книга Безмолвные лица, страница 108 – Дмитрий Ковальски

10

Магнус стоял на коленях в круге, расчерченном рунами, его тело тряслось от напряжения. Лицо, когда-то гордое и внушающее доверие, теперь было бледным и изможденным. Черные тени под глазами выделялись на фоне землистой кожи, волосы, когда-то аккуратно зачесанные, спутались и свисали прядями, словно они потеряли всякую жизнь.

– Отпусти меня! – кричал он, содрогаясь в конвульсиях.

Его руки дрожали, покрытые мелкими порезами, как будто он в отчаянии пытался вырваться из невидимых цепей. Пальцы, испачканные грязью и кровью, сжимали воздух, не находя опоры. Его движения стали резкими и беспорядочными, как у человека, захваченного ужасом. Ветер, полный канонады звуков флейты, вихрем кружил вокруг, отражаясь от каменных стен и улетая в неизвестность.

– Они здесь! – не оборачиваясь, выкрикнул Магнус.

Позади него стояла толпа безмолвных детей, устремив пустые глазницы вверх, где в тенях расщелины таилось проклятие. Многих из них он знал лично. В пустых безмолвных лицах он различал детей Карла Ольсена, коим на праздники дарил деревянные игрушки. Среди них были и приютские. Старших он планировал позвать работать с ним, уж больно шустрыми и толковыми казались эти подростки. Были и другие. Эрик и Харальд. Они стояли ближе всего, и холод их тел доставал до его спины. Он знал многих по именам, ведь именно на его щедрые пожертвования Дом Матери продолжал существовать.

Теперь же дети все ему вернули сполна.

– Я выплатил свой долг! – закричал он. – Отпусти меня!

Он боролся за свою жизнь, но с каждым мгновением становилось ясно, что эта борьба напрасна. В глазах Магнуса отражалась тьма, в которой утопал его разум. Его дыхание сбивалось, как у загнанного зверя.

– Не молчи! – Голос, полный страха, пронзил музыкальную завесу.

В ту ночь он испугался, узнав о своей семье и о цене, за которую получил право жить. Его душу обменяли на сотню других. Цена, которая так и не была оплачена.

Огонь прервал этот ритуал, похоронил его под слоем пепла. Но та флейта, которую Густав Форсберг создал своими руками, пробудила покоившееся зло. Не случайно она попала в руки Магнуса. Всю свою жизнь он следовал своему чутью, что привело его в Гримсвик. Любовь к музыкальным инструментам досталась ему от отца и обратилась настоящим кошмаром.

Его обманули. Обещали забрать только семерых, тех, что не успел привести его отец. Теперь же правда вскрылась, выставляя Магнуса предателем. Тогда он, ведомый диким страхом, поддался искушению спасти себя. Посчитал, что его дела, его статус и положение дают право оценивать его жизнь выше остальных. Но сейчас, в окружении бездушного будущего Гримсвика, на коленях, изрезанных острыми камнями, он понимал, что его жизнь не стоит ничего. Он оказался слишком малодушным, раз позволил такому случиться. Кто знает, как бы эти дети изменили будущее, когда вырастут.

– Моя жизнь стоит этих душ! Забери их и оставь меня в покое! – Его бил озноб и охватывал жар. По лицу бежали капли ледяного пота. – Прошу! – Возглас устремился прямо под свод пещеры и растворился в темноте.

Он хотел исповедаться святому отцу, но вместо этого ощутил дикую необузданную злость в его адрес. У Матиаса в ту ночь был шанс избавить весь мир от кровной клятвы, которую заключил его отец Густав. Оставить младенца на съедение пламени, что поглотило остальных.