Книга Последнее фото, страница 71 – Дмитрий Ковальски

— Выпьешь?

— Нет, — отмахнулся писатель. Ему казалось, что на секунду он увидел среди деревьев Михаила Юрьевича, но теперь уверенность пропала. Ермолай догадался об этом и уставился туда же, куда смотрел писатель.

— Что там? — к ним подошел Кузьма.

— Точно он, — прошептал Николас.

И действительно, из арки доходного дома вынырнула знакомая фигура. Несмотря на капающие с фасада капли, он держался стены и шел быстро. Но не оглядывался. Так что писатель последовал за ним.

Кузьма и Ермолай переглянулись и, не сговариваясь, двинулись следом.

Так они прошли несколько кварталов, сохраняя расстояние. Первым шел Михаил Юрьевич, и казалось, что он понятия не имеет, куда идет. То он резко повернет направо, то перебежит дорогу, а через квартал вернется обратно. То обернется и замрет.

Выглядел он странно, но действовал как преступник с опытом, так что писатель, идущий за ним, дважды чуть было не попался.

Зато Кузьма с Ермолаем шли спокойно. Они понимали, что преследуемый ими человек просто старается замести следы, так что просто ждали. Всего один раз они отстали, но Ермолай, вытянув остроносую голову и повертев ею из стороны в сторону точно коршун, быстро отыскал среди прохожих писателя.

— Как действовать-то будем? — во время слежки спросил Кузьма.

— Втроем свяжем первого, вдвоем — второго, — ответил Ермолай.

— Точно-точно, а я потом за Макаром сбегаю, поторгуюсь.

Наконец, обойдя несколько кварталов, они вернулись на Думскую улицу. Правда, в этот раз они оказались на другой стороне дороги, откуда открывался вид на окна ателье.

Михаил Юрьевич остановился у парадной, огляделся по сторонам и юркнул в боковую маленькую дверь, ведущую в подвал.

Спустя пару минут показался писатель, а следом и остальные преследователи.

— Он там, — прошептал Николас, указывая на дверь, ведущую в подвал.

— Может, и нет, — серьезно ответил Ермолай. — В таких домах подвал один на весь дом, а входов и выходов много, так что твой рыжебородый мог запросто улизнуть через другую дверь.

Такие новости расстроили писателя, он об этом не подумал.

— Да что ждать-то? — выпалил Кузьма и с силой дернул дверь.

Но дверь не поддалась. Тогда Кузьма принялся дергать ее еще сильнее — так, что розовые от вина круглые щеки колыхались от каждой попытки.

— Она заперта, — спокойно сказал Ермолай. — А будешь так дергать — порвешься.

— Сам знаю, — бросил дверь Кузьма. — Давай попусту не стой, ты же кассир опытный, вскроешь дверь, я допить не успею. — Кузьма достал из кармана фляжку и потряс ее.

Ермолай молча подошел к двери и потряс ее взад-вперед — дверь застучала.

— Сидит неплотно, значит, не замок. — Он ударил кулаком в область дверной ручки, с той стороны что-то лязгнуло. — Либо задвижка, либо амбарный замок висит. — Он стукнул еще раз. — Думаю, задвижка.

Николас наблюдал за всем с явным восхищением.

— Ага, ты посильнее постучи, авось рыжий услышит и откроет, — загоготал Кузьма, а потом изменил голос, словно это Михаил Юрьевич говорит: — Да-да, чего изволите? Изловить меня? Секунду, я накину сорочку! — Кузьма взорвался хохотом. Он пил из фляжки и смеялся так сильно, что на глазах выступили слезы.

— Накину сорочку, — повторил он уже своим голосом.

В мыслях писатель отметил, что Кузьма действительно неплохо пошутил, пока увлеченно следил за Ермолаем. Тот уже возился с другой стороны двери.