Книга Ловушка для психиатра, страница 30 – Дмитрий Ковальски

А потом мир сомкнулся и скрылся от него под непроглядной темной завесой. Он смотрел в длинный туннель, который кружил прямо перед его глазами, затягивая разум парня. Там, вдалеке, он видел совершенно иной мир, который, возможно, его звал.

Почувствовав острую боль от укола в шею, он инстинктивно хлопнул в то место ладонью, и в мгновение связь с картиной нарушилась. Он вновь очутился в кабинете, а изображение искусства скрывала темная ткань.

– Что с тобой? – испуганно спросила Элизабет.

– Я не знаю», – ответил Леонард.

– Ты просто уставился как сумасшедший на эту картину и начал издавать какие-то жуткие звуки.

– Я не понимаю, что произошло.

– Что ты видел?

– Вы там долго? – раздался скрипучий голос, и Элизабет, взяв Леонарда за руку, повела его из кабинета.

– Простите, мы просто засмотрелись на библиотеку профессора. Там очень много интересных книг.

Девушка тащила Леонарда прочь из кабинета, и он был рад ее теплому касанию, был рад быть видом ею. И куда бы она сейчас его ни вела, он бы слепо следовал за ней. При этом всем он смотрел на мир и и видел перед глазами какие-то мутные пятна, словно часть этой картины отпечаталась на его сетчатке. Особенно отчетливо он это увидел, когда они вышли на улицу, и глаза ослепил белоснежный снег, отражающий солнечные лучи.

– Что с тобой? – испуганно спросила Элизабет, когда Леонард зажмурил глаза и силой потёр её тыльной сирой протёр их кулаками.

– Слишком ярко на улице, – сжимая зубы ответил Леонард. – Больно глазам!

– Что ты видел в той картине? – требовательно спросила она.

– Я не знаю, что я там видел… Для меня это было просто какая-то непонятная… – Леонард не смог подобрать слов, – А ты что-нибудь видела?

– Нет, обычная мазня в непонятном жанре, – задумчиво произнесла Элизабет. – Но ты так уставился на неё, и застыл, и не реагировал.

– Наверное, я просто задумался…

– О чём?

– Я не помню. – солгал Леонард. Значит она не видела того, что видел он. Ну и к лучшему. Если картина и правда проклята, то досталась ему, а не Лиз.

Осторожно, стараясь не привлекать внимания, они вернулись в главный холл, где Леонард оставил Элизабет одну. Он направился в библиотеку – единственное место, где можно было спокойно осмыслить произошедшее. Но с каждым шагом воспоминания о событиях в кабинете ректора будто расплывались, и, дойдя до дверей библиотеки, он уже помнил лишь, что они видели ту картину. Однако ни то, что было изображено на полотне, ни то, какой эффект оно на него произвело, он больше вспомнить не мог.

Возможно Элизабет заметила перемну в его настроении и все поняла. Может и почувствовала, как выросла между ними пропасть. Ну так даже лучше, подумал Леонард.

Каспар ему не простит, если с Лиз что-то случиться. Да и себя он тоже никогда не простит.

10

После лекции профессор Морео, в компании Августа навестили Виктора Родрика, в университетском госпитале.

Госпиталь университета Святого Гийома располагался в старом каменном здании, где высокие окна пропускали тусклый дневной свет, скользящий по рядам железных коек с простыми хлопковыми простынями. Запах карболовой кислоты и свежих бинтов висел в воздухе, перемешиваясь с холодной сыростью каменных стен. Вдоль одной из стен стояли дубовые шкафы, уставленные стеклянными банками с настойками и пучками засушенных трав, а в центре главной залы находился массивный деревянный операционный стол, на котором лежала ткань пятнами крови.