Книга Парасомния, страница 29 – Дмитрий Ковальски

После сна Капитан не увидел Ману в баре, что встревожило его, но после того, как он убедился, что тот не творит глупости, тревога исчезла.

Когда Капитан ушел, Ману двинулся в сторону дома. Тучи, собравшиеся над городом, давили и не пропускали солнечный свет. Обстановка выглядела так, словно наступил поздний вечер.

Минуя ворота, Ману подошел к забору и двинулся вдоль него к морю, внимательно разглядывая каждый метр, изучая каменную кладку и рассматривая пики наверху. Подходить к делу с тщательной подготовкой было важной привычкой Ману, которая не раз спасала ему жизнь. Голос в голове молчал, а значит, пока делал он все правильно.

Заканчивая обход, Ману еще раз убедился, что лучшим местом внезапного появления и быстрого отступления может быть только море. Сложностей в этом деле возникнуть не должно – так говорил Капитан, и, на удивление, Ману в это верил.

Вот только после того, как он узнал план, голос внутри пожелал подстраховаться. Звучал он каждый раз неожиданно, словно в его голове появлялся краник, из которого вытекала тягучая густая жидкость. Если все привычные звуки Ману воспринимал одинаково, то этот он не просто слышал, а ощущал всем нутром. В такие моменты по телу волнами шла слабая вибрация от головы до стоп, вызывая мурашки. Эти ощущения нравились Ману. После разговора с этим голосом, который ограничивался двумя или тремя предложениями, он пребывал в легкой эйфории…

– …Повозка будет ждать у ворот, оттуда мы сразу отправимся прочь из города.

Ману и Капитан курили на соседней от бара улице, прежде чем войти туда и представить нового участника банды. Тогда-то в нескольких словах Капитан и посвятил Ману в детали плана. На последних его словах зазвучал Голос. «Все-е-е… будет… не так…»– одно слово плавно перетекало в другое.

План Капитана был до наглости прост. Сразу после отъезда семьи Брукс Тени Севера через черный ход попадут в особняк. После этого они вскроют взрывчаткой тайник на первом этаже, опустошат его и на двух дилижансах покинут город. Добравшись до станции, каждый пойдет своей дорогой, забывая остальных.

Но если Голос в чем-то сомневается, значит, есть повод. Эту особенность Ману воспринимал как дар, скорее пришедший из недр земли, нежели с небес. Ману старался не допускать даже мысли о том, чтобы ослушаться или проигнорировать его. Это могло стоить жизни.

6

Двадцать лет назад порт Мадраса был неспокойным местом. Поэтому рядовой Милтон нес службу так, чтобы никому не попадаться на глаза. С одной стороны, склад был пуст – хлопок отправили больше недели назад, – а значит, вряд ли он кому-то нужен, а с другой стороны – всего один охранник, но мало ли, что он стережет. Любой шорох и игра теней заставляли рядового вжимать голову в плечи. Дежурить ночью ему уже приходилось, вот только в одиночку он дежурил впервые. За беседой рассвет наступает незаметно, особенно если речь заходит о местных девицах, на которых Милтон был очень уж падок. Но в одиночку нельзя отлучиться даже по нужде.

Вот и сейчас пинта, выпитая до дежурства, давала о себе знать. Больше всего Милтон боялся, что на него нападут, когда он встанет с хозяйством наголо. Так он и будет лежать со спущенными портками, пока его не найдут.

Думая об этом, рядовой Милтон удивлялся, как его с Королевского материка занесло нести службу в порт Ост-Индской компании, совершенно на другой континент. С каждым днем тоска по дому только росла, вызывая приступы ностальгии, понижающие воинскую мораль. Домой хотелось сильно.