Книга Сезон свинцовых туч, страница 39 – Валерий Шарапов

– Вот вы где… В посольство позвонил наш знакомый капитан Мендес. Вы правы, он из тех полицейских, кто еще выполняет свои обязанности. Версию с неким Альфредо Гомесом можно бросить в топку. Я уже в курсе, что вчера произошло на Калле Вентура. А вы заядлый драчун, Вадим Георгиевич, кто бы мог подумать… Не хочу давать оценку случившемуся, допускаю, что нормы дипломатии в тот час не работали. Участники этих событий в полном составе отправились в больницу, где их попросили подождать своей очереди. И они затеяли скандал, переросший в драку и порчу имущества. Подъехала полиция, и всю четверку отправили за решетку, где они и провели последующую ночь. Освобождены два часа назад. То есть к убийству Людмилы Анатольевны они не причастны. То, что делегировали свои «полномочия» сообщникам, маловероятно и надуманно, согласны?

– Похоже на то, – вздохнул Вадим. – Но в ваших глазах, Алексей Леонидович, продолжает гореть загадочный огонек. Колитесь.

– В больницу на Калле Плаза поступил пациент с переломанными ногами. Его обнаружили и сообщили медикам сердобольные прохожие. В соседнем переулке в это время догорал «Мустанг», так что… было громко и ярко. Пациент просил сообщить о нем в советское посольство, дескать, он их сотрудник. Документов при больном не было, но все же, поразмыслив, медики позвонили в полицию.

– Так с этого и следовало начинать! – воскликнул Вадим. – Алексей Леонидович, если это Сотников, то его надо немедленно перевезти в посольский медпункт – у нас же есть свой стационар?

Он быстро двинулся прочь.

– Минуточку, товарищ Светлов, – окликнул начбез.

– Еще что-то? – Вадим резко повернулся.

– Нет, но такое дело… – Каморный замялся. – Меня не посвящают в подробности, но отчего-то кажется, что вам пора позаботиться о собственной безопасности. Не думали об этом? А то не испытываю удовольствия от лицезрения трупов своих соотечественников.

– Я позабочусь о своей безопасности, – кивнул Вадим. – Или вы намерены снабдить меня вооруженным конвоем?

В больницу «Скорой помощи» на Калле Плаза он примчался через двадцать минут. Заведение было не из самых захолустных, но чувствовалось: медики в стране недоедают. Посетителя пропустили не ломаясь – поспособствовала новость, что больного заберут в посольство. Виталик лежал в двухместной палате, в компании «мумифицированного» бесчувственного товарища. Обе ноги были загипсованы, Виталик испытывал адскую боль, но все же вертелся, как уж на сковородке.

– Смешно, – обозрев пациента, резюмировал Вадим. – Вернее, было бы смешно, если бы не было так грустно.

– Вадим, прости, я налажал… – застонал Сотников. – Ума не приложу, как такое случилось… Ой, сука, как больно…

– Смирно лежи, не шевелись. – Вадим покосился на соседа по палате. – Давай без самокритики, Виталик, мы все сегодня выступаем не лучшим образом. Скоро приедут наши, заберут тебя в посольский стационар. Успокойся, все нормально. Переломы срастутся, и ты встанешь на ноги.

– Да хрен на них, на эти переломы… – застонал Виталик. – По заслугам получил… Что с Югановой, Вадим?

Скрывать правду было бессмысленно, пришлось повествовать. Виталик издал мученический стон, откинул голову. Искаженное лицо заливала блестящая испарина. Он прилежно висел на хвосте у Людмилы, не отставал, но и не терся о ее зад. Та собиралась явно не по магазинам. С центральных улиц ушла на объездную дорогу, углубилась в северные кварталы. Остановилась только раз, чтоб заправить машину, на АЗС не задержалась, кусала губы, спешила. У местного стадиона случилась авария, дорожная полиция перекрыла проезд. Людмила свернула на боковые улочки, где дома выглядели так, словно их подготовили под снос. В какой-то момент Виталику показалось, что за ним едут, – напрягся, таращился в зеркало заднего вида, но эта развалюха свернула. Он успокоился, но, видно, напрасно. Юганова ушла в поворот, а он не успел. Из переулка вынеслась та самая развалюха, нагло подрезала. А Виталик как раз начал разгоняться! Он въехал в бетонный столб, на который опиралась галерея «бельэтажа», машину практически обмотало вокруг этого столба. Виталик остался жив, но потерял сознание. Подбежали люди, грубо вытащили его из машины. Он пришел в себя от зверской боли. Видимо, собирались убить, во всяком случае, достали ножи, но прозвучал окрик, и убивать не стали. Но куда-то поволокли. За спиной взорвался «Мустанг». Ругались по-испански «сопровождающие». Бросили его, повинуясь тому же окрику, зарычала битая развалюха, в нее расселись молодчики, лиц которых он толком не видел (да и что бы это дало?). Виталик полз куда глаза глядят, потом от боли потерял сознание, а когда очнулся, рядом стояли люди – уже без агрессивных намерений, подъехала машина «Скорой помощи». В больнице выяснилось, что переломаны берцовые кости, повреждены коленные суставы…