Онлайн книга «Охота на охотника»
|
– Господи, Костров, ни одному слову твоему не верю… – Надежду трясло, она пыталась налить себе вина, но горлышко бутылки не попадало в стакан. В этом деле бывший суженый был ей не помощник. Она поставила бутылку, стала судорожно растирать виски. – Это какой-то сюрреализм, что происходит? Весь мир против нас ополчился… Алексей деликатно помалкивал. Надежда оцепенела. Шелестела секундная стрелка настенных часов. На кухне было душно, Алексей поднялся, приоткрыл форточку, снова сел. Бывшая супруга была единственным человеком в мире, в общении с которым он не мог подобрать правильных слов. Что бы ни сказал, все плохо и не так. Молчишь – еще хуже. Даже с тещей он мог составить правильный диалог, поставить ее на место, а вот с ее дражайшей дочуркой – никак. Так и оставался для нее жалкой ничтожной личностью… – Как мама? – Спасибо, что спросил… – Надежда шевельнулась, отыскала мутными глазами ненавистную личность. – Плохо все. Из дома не выходит. Подожди… – в угасающем сознании что-то включилось, заработали винтики и шпунтики. – Поправь меня, если я в чем-то ошибаюсь… Эта тихая возня после того, как пропали Шаламовы… Если бы их не было, если бы они умерли… всего этого бы не было, верно? Нет людей – нет проблемы, тогда зачем все это устраивать – следить, внедрять кого-то в наше окружение… – Потрясающе, – похвалил Костров, – ты можешь быть не только глупой, но и дьявольски умной. Да, есть большая вероятность того, что Шаламовы живы. И Алена жива, и Леночка. И что все у них сейчас хорошо и они ни в чем себе не отказывают. Это сопровождается некими негативными нюансами, но… они живы. Я в этом почти уверен. – А понятным языком объяснить не можешь? – Не могу, – признался Алексей. – Сама включи критическое мышление и поменьше болтай. Болтун – находка для шпиона. Ты уже едва не поплатилась. Кстати, ты говорила Георгию, что я собираюсь продолжать поиски? Она вздрогнула, хотела по привычке возразить, но передумала. Молчание усиливалось – если уместно так выразиться. Женщина думала – процесс неопределенный и чреватый непредсказуемыми последствиями. Потом она расслабилась. – Что теперь будет с Георгием? Он все же не чужой мне человек… – А вот об этом постарайся забыть. Трудно, но придется. Тебя водили за нос – уж как-нибудь это осознай. Тело будет находиться в морге. Как долго, не знаю. Следственные действия продолжатся. Найдутся родственники – их известят. Если нет… существует отработанная процедура захоронения невостребованных тел. Тебя еще будут допрашивать – это неизбежно. Но пойдешь свидетелем. Говори всю правду: как познакомились, что он о себе рассказывал. Сейчас я это вытягивать из тебя не хочу. Надежда отыскала на ощупь вилку, стала тыкать в раскисший холодец. – Есть хочешь? – Можно, – допустил Костров. – Если честно, весь день маковой росинки во рту не было. – Так встань и подойди к холодильнику, нянек нет. Немного смущаясь, он извлек тарелку, накрытую фольгой, отогнул край фольги, понюхал. Выглядело и пахло привлекательно. – Что это? – Язык, – вздохнула Надежда. – Ого, – удивился Костров. – Прямо-таки говяжий? Хорошо живете, дорогая. Где взяли? – Георгий купил на рынке и сам сварил. Еще смеялся, что пришлось постоять за этот язык, чуть не подрался с каким-то голодным очкариком. Ешь, не пропадать же добру. Георгий любил готовить, мог из ничего конфетку сделать, еще заявлял, что с ним я никогда не пропаду… |