Книга Охота на охотника, страница 16 – Валерий Шарапов

– То, чем он занимался, не всплывет. А если всплывет, то на уровне слухов и домыслов. Шпаковский будет похоронен как честный человек. И это, в принципе, правильно.

– Да и черт с ним, – поморщился Шаламов. – Главное, обезврежен, уже не навредит. Канал утечки информации мы точно перекрыли. Но следует проверить – лучше без шума, – не причастен ли еще кто из «Спецприбора» к его деятельности. Это не обязательно, но вполне возможно.

– Если так, то канал мы не перекрыли, – усмехнулся Костров.

– Временно перекрыли, – возразил Вадим. – Если кто-то остался, то сделает паузу, побоится действовать дальше. К тому же куратора из посольства депортируют. Пока появится новый, пока опять возникнет возможность взяться за старое – а в новых условиях на это понадобится немало силы духа…

– Сурин не упоминал, что есть другие. А должен знать. Не станет он эту фигуру выгораживать, сдал бы с потрохами, чтобы избежать расстрела.

– Может, и так, – пожал плечами Шаламов. – Спорить не буду. Продолжим работу. Американцы знают наши шифры, видят нас и слышат, а это такая неповоротливая система, что в одночасье ее не заменишь. Вот что убивает больше всего…

Но, судя по его унылому виду, больше убивало другое.

– Боишься, что будут неприятности? – догадался Алексей. – Человек, чья вина не доказана, умер во время задержания – и это не какой-нибудь алкаш дядя Вася из подворотни, а ведущий специалист крупного оборонного предприятия, чья деятельность крайне важна для страны. Значит, виновны участники задержания, чьи грубые, непрофессиональные действия и привели к такому результату. Ты это хочешь сказать?

Вадим сделал неопределенный жест, промолчал.

– И что, уже были звоночки?

На сей раз последовало пожатие плечами. Стало как-то неуютно. Майор Костров тоже принимал участие в задержании и, в принципе, несет ту же ответственность. И глупо доказывать, что Шпаковскому следовало заботиться о своем здоровье. Если кому-то понадобится нагадить Комитету, то сделать это можно легко и непринужденно – например, по линии Моссовета или, бери выше, по линии ЦК партии, обосновавшегося на Старой площади. Много голов не полетит, но головы двух майоров не только полетят, но и покатятся…

– Я в таком же положении, Вадим. Мое начальство считает, что своих полномочий мы не превысили. Это так и есть. Всякое случается в жизни… и в смерти. Ладно, ерунда, будем переживать неприятности, когда они наступят.

Мужчины вернулись в комнату, закрыли балконную дверь. Алена в переднике убирала со стола грязную посуду, расставляла чистую – под индейку. Из-под фольги струились соблазнительные ароматы.

– О, в здоровом теле – здоровый душок? – Алена принюхалась, покосилась на ополовиненную водочную емкость. – Ладно, сегодня можно, только сильно не налегайте. Не забывай, дорогой, что тебе завтра за руль.

– Но не с раннего же утра? – Вадим забеспокоился.

– Нет, – допустила Алена, – раньше двенадцати не поедем.

– Неужели на дачу? – ужаснулся Алексей.

– На нее, родимую, – подтвердил Вадим. – Ты же знаешь Аллу Михайловну. Копать, садить, полоть, поливать… И не важно, что еще снег в низинах не сошел. Трудовая повинность называется. Всегда считал, что в нашем прогрессивном государстве ее отменили. Дорогая, а ты не можешь объяснить своей маме, что сейчас никакая лопата, даже с моторчиком, не возьмет землю?