Онлайн книга «Тропа изменника»
|
18 августа начался путч. Власть перешла к ГКЧП (язык сломаешь) — Государственному комитету по чрезвычайному положению. Так они провозгласили. Во всех телевизорах страны — сплошное «Лебединое озеро», хотя никто не умер. В главных заговорщиках — первые лица КГБ, Минобороны, МВД, Центрального Комитета партии: Язов, Бакланов, Крючков, Янаев, Пуго. Испуганный Горбачев отсиживался в Форосе, ждал, чем все закончится. Армия двинулась в столицу, танки грохотали по центральным улицам. Народу это не нравилось, его спросить, как всегда, забыли. Вернуть страну — цель благая, но какую именно страну? Наелись за 70 лет, опротивело все, хотелось перемен. Переворот встретил мощное сопротивление. Толпы негодующих, самые безрассудные бросались под танки. Несколько человек погибли — впоследствии из них сделают национальных героев. К Дому правительства тысячами стекались сторонники Ельцина. Часть Таманской дивизии перешла на сторону РСФСР. Три дня продолжалось противостояние. Сказав «А», заговорщики так и не решились сказать «Б». Не хватило ни храбрости, ни воли отдать приказ о штурме Белого дома. Взять его могли элементарно. С большими жертвами среди гражданских, но могли. Не рискнули, никто из путчистов не хотел брать на себя ответственность. Войска потихоньку покидали Москву. Затея провалилась. Силы, верные президенту России, захватывали административные здания, на их сторону перешел гарнизон. Поднимали новые флаги — исторический бело-лазорево-красный триколор: флаг Российской империи (еще армии Власова, но кто об этом помнил?). Прокуратура РСФСР возбудила уголовные дела против заговорщиков, выдала постановление об аресте. Управления КГБ по Москве и области переподчинялись КГБ РСФСР. По всей Москве прошли аресты — задерживали путчистов, их помощников, заместителей, доставляли в «Матросскую тишину», где следователи брались за работу. Министр обороны, председатель КГБ, председатель Совмина, крупные деятели из ЦК — и все за решеткой. Страна застыла в изумлении. Такого не было даже при Сталине. Москву накрыли митинги, полетели щепки. Собралась толпа на Лубянке, чтобы снести памятник Дзержинскому. Мозгов в головах не было, зацепили Феликса тросами, концы прикрепили к автобусу. Хорошо, Степашин спохватился, давай кричать в мегафон, чтобы прекратили это безумие. Памятник полый, рухнет — осколки разлетятся, народу посечет немерено! Как-то уговорил, подогнали автокраны, отцепили от пьедестала, сняли… Арестовать министра МВД, к сожалению, не удалось. Целый комитет прибыл на квартиру для задержания. Обнаружили лишь тела жены и самого Бориса Пуго. На тумбочке — пистолет без трех патронов. Возникла версия: застрелил супругу, потом сам. Кто-то пошутил про Адольфа Гитлера и Еву Браун — аналогия прямая, только без бункера. Понятым был некий Григорий Явлинский, осмелился заметить: на полу три гильзы, да и пистолет лежал далеко от стрелявшего. Версию переделали: стреляла Валентина, супруга Пуго, — сначала в мужа, затем в себя. Но оказалась раненой, доползла до тумбочки, положила пистолет, затем умерла. Версия просто блеск. Но все это не имело значения на фоне происходящих в стране событий… «Да чтоб ты жил в эпоху перемен!» — кажется, так пожелал один китайский мудрец своему оппоненту. Четыре дня все изменили, поставили с ног на голову. И самое смешное, что все эти дни майор Кравцов просидел в Лондоне. Новости с аналитикой закончились, стартовало развлекательное шоу. |