Книга Тропой забытых душ, страница 122 – Лиза Уингейт

– Прекратите! Слышите?! Сейчас же! – вопит женщина, перекрикивая шум. – Ты, голодранец! Отстань от девочки и лошади! И беги отсюда, пока я тебя тяпкой не отделала, как Бог черепаху!

– Мы просто играем!

Я бросаюсь к поводу, но Скиди валит меня с ног, его задние копыта пролетают прямо надо мной. Прикрыв руками голову, я вижу, как мимо проносятся ноги Дьюи и фиолетовый зонтик. Пыль и камешки летят во все стороны.

Мне кажется, пони опять сбежит, но Дьюи висит на поводе, пока Скиди наконец не сдается и не останавливается, громко фыркая. Вскочив на ноги, Дьюи замахивается зонтиком, словно собирается ударить моего старичка, и малыш Кои заливается плачем посреди улицы.

Амос успевает к Дьюи раньше меня. Он выхватывает повод так резко, что веревка трещит.

– Нет смысла ссориться. Нельзя сегодня голосовать. Солнца не видно.

Я вдруг понимаю. Многие старые чокто не ведут дел, не собирают совет и не подписывают документы, если небо скрыто облаками. Они верят, что солнечный свет заставляет человека быть честным. Я не раз слышала, как мистер Локридж, Теско и люди на веранде большого дома насмехались над этим.

Лицо Дьюи становится багровее свеклы, и он трясет обожженными руками.

– Амос! Идиот! Если ты не со мной, значит, против меня и мы не друзья. Поступай как знаешь, мне плевать!

Швырнув зонтик на землю, он убегает в город, взметая пыль босыми пятками.

Амос стоит убитый горем, воздев ладони к небу.

– Солнца не видно, Дьюи! – кричит он.

– Мальчик! Руки прочь от лошади! – кричит женщина. – Джубал! Джубал! Неси ружье! Цветной пытается украсть лошадь прямо посреди улицы! Быстрее!

Амос отпускает повод так быстро, что я едва успеваю его подхватить.

Тула, Пинти и Кои пускаются наутек. За ними достаточно часто гнались, и они знают, что делать. Но Несса стоит как вкопанная. Я тяну ее за рукав платья и кричу: «Беги!»

Наконец она подбирает подол юбки и бросается прочь, а я тяну Скиди за собой, переводя его на размашистую рысь.

Напоследок оглядываюсь через плечо и вижу Амоса с поднятыми руками, словно он хочет задержать женщину и не дать ей погнаться за нами.

Происходящее напоминает мне скованную льдом реку – поверхность неколебима, все движение происходит на глубине. Я вижу, как Амос смотрит на меня, потом на женщину, потом мимо меня на Пинти и Нессу с развевающимися волосами, на Тулу, тяжело бегущую, прижимая к груди Кои. Вижу женщину, выходящую из ворот с тяпкой, и мальчика, бегущего к ней с ружьем выше его собственного роста. Вижу, как ветер колышет ее платье, а Амос бросается в сторону, наконец решив пуститься наутек.

Спотыкаюсь и принимаюсь смотреть себе под ноги.

Слышу выстрел.

Я выпиваю еще глоток газировки. В четыре утра нужен кофеин, чтобы обрести ясность ума, иначе факты от выдумки никак не отделишь, но встать с дивана и приготовить кофе сейчас не получится.

– Послушай, Сидни. Мне нужно, чтобы ты снова рассказала все от начала и до конца, но только правду, – в третий раз повторяю я. – Пока мне никак не придумать, как тебе помочь.