Онлайн книга «И все в шоколаде»
|
– Простите, что перебиваю, Валерий Алексеевич, – Никита достал из кармана служебное удостоверение, – лейтенант Глушков, ОВД «Междугорский». Мне нужно задать вам несколько вопросов по поводу одной из ваших теперь уже бывших сотрудниц – вот она, в центре композиции, рядом с вами – Морган Марина Борисовна. Что вы можете рассказать о ней? – Я не совсем понимаю ваш вопрос, товарищ… – Старший лейтенант. И все-таки я повторю его. Меня интересует все, что вам известно о Марине Борисовне Морган как о человеке, вашей сотруднице и… э-э-э… близком друге. Захарченко побагровел и вскочил со своего места: – Да что у вас всех за привычка такая – лезть в чужую личную жизнь! Что за интерес такой пошлый к чужой постели! Не хочу я об этом говорить, вообще не желаю с вами разговаривать! Убирайтесь вон! – он резким демонстративным жестом указал Глушкову на дверь, но тот только удобнее устроился на стуле. – Поверьте, Валерий Алексеевич, – тихим голосом начал он, – я не для собственного любопытства тут у вас нахожусь. Я на работе, и в данный момент моя работа заключается в том, чтобы собрать сведения об этой женщине. Любые, какие только возможно. Вы один из тех, кто в свое время тесно общался с Мариной Борисовной, и неплохо знали ее. Тихий голос Глушкова подействовал. Захарченко сначала замолчал, открыв рот, а потом опустился на свое место. – Еще раз прошу вас, Валерий Алексеевич, посодействовать мне в работе и ответить на мои вопросы. Вопросов у меня немного, – Никита открыл папку и достал несколько чистых листов протокола, – начнем с первого. Фамилия, имя, отчество, дата и место рождения… Захарченко отвечал на вопросы молодого полицейского,а сам все пытался понять, что же такого могла натворить Марина. Спрашивать было как-то неловко, да и не верилось, что такая покладистая и порядочная женщина могла сделать что-то плохое. Да, ее жизнь небезупречна, и в работе, если хорошо покопаться, можно найти погрешности, но в целом – она хороший человек, ему ли этого не знать. Они столько пережили вместе и хорошего, и плохого. Их крепко связали дела рабочие, а позже и личные. – Я быстро привязался к Марине, – начав разговор о ней, Захарченко уже не мог остановиться, – она всегда такая милая, тихая, от нее исходит такая женственность, что это словами не передать. Да что тут говорить – в нее были влюблены все мужики, которые хоть раз с ней пересекались: и слесаря наши, и поставщики, и покупатели. Был такой случай, парень в командировку приехал к нам в город из Кемерово, зашел в наш магазинчик за железякой какой-то – и потерял голову после общения с Маришей. Звонил ей часто, цветы присылал, а когда бывал в наших краях, всегда приезжал к нам просто посмотреть на нее. Она вела себя с ним доброжелательно, но на ухаживания не отвечала. А еще один наш клиент назвал свою станцию техобслуживания именем старшей дочери Марины – Иришки. Вон там, через остановку, СТО «Ирина». Я ведь знал ее много лет и не думал никогда, что наши деловые отношения смогут стать чем-то другим. Она сделала первый шаг, сама. Я как-то пожаловался, что жена у меня пристрастилась к бутылке. Сказал, что ничего для нее святого не стало – ни детей, ни дома, ни бизнеса. Чем больший доход приносит автоцентр, тем больше она пьет, тем меньше ее интересует все вокруг, и что я всерьез задумываюсь о разводе. Ей эта тема оказалась как нельзя более близка… У нас получилось как-то спонтанно, после вечеринки одной. Просто остались наедине, и ну… ну, в общем… это… по-быстрому… Она не возражала. Я думал, одного раза будет достаточно, клял себя, даже думал, что в глаза ей на следующий день смотреть не смогу. Но время шло, все было у нас хорошо, а тут командировка в Сибирск… Там, в Сибирске, в гостинице, она пришла ко мне, села рядом, взяла мою руку и сказала: «Я, как никто другой, понимаю тебя – у меня дома все то же самое. Давай поддержим друг друга, поможем забыть обо всех проблемах. Я давно неравнодушна к тебе». В тот момент этих слов мне было больше чемдостаточно. Это была наша первая ночь, самая прекрасная, сладкая, запретная… И я потерял голову. |