Книга Убийство в санатории «Таёжный», страница 19 – Елена Терехова

Борисова осмотрелась по сторонам. На столике у окна – открытая бутылка вина, два пустых бокала и коробка шоколадных конфет «Ассорти». Почему же так першит в горле? Такое чувство, что в воздухе что-то распылили.

– Кого я вижу! – Неожиданно раздался за спиной приглушённый голос. – Какого, стесняюсь спросить, чёрта вы здесь делаете?

Оглянувшись, женщина лицом к лицу столкнулись с молодым мужчиной в штатском. Алексей Потапов, племянник старинного друга Елены. Более чем друга. Лёша, которого она знала ещё совсем пацаном и не видела много лет. Надо же, теперь он опер. Наверное, такой же хороший, как его дядя. Как Андрей…

– Спокойно, Алексей, не нужно паники. – Борисова постаралась взять себя в руки и тоже перешла на полушёпот. – Мы совершенно не при делах, ваш сотрудник пригласил нас с Галей. Кстати, познакомьтесь.

– Конечно, кто же ещё мог оказаться по соседству?

Опер лишь слегка кивнул Галине.

– Лёш, давай поругаемся чуть позже. – Борисова вытянула шею и посмотрела через плечо мужчины. – Что случилось-то?

– Судя по звонку в дежурную часть – самоубийство, – съехидничал Потапов.

Лена посмотрела на него долгим укоризненным взглядом. Алексей слегка смутился.

– Утром тело гражданки Нифонтовой Эльвиры Михайловны, тысяча девятьсот тридцать второго года рождения, заведующей филиалом торга, обнаружила горничная. Та самая, что сейчас пускает пузыри в прихожей. Она пришла разбудить постоялицу, а потом должна была позвонить в диспетчерскую таксопарка. У них это было договорено заранее. Дверь была открыта, но это её нисколько не смутило почему-то. Вошла и увидела, что разодетая в кружева дама сидит с удавкой на шее, другой конец которой привязан к ручке двери ванной комнаты. Это так, вкратце. А теперь пошли, пора работать.

– Я могу тебе про дверь кое-что сказать. – Лена не стала проходить в комнату дальше дверного пролёта, чтобы не мешать оперативникам. – «Королева Марго» двери почему-то не закрывала. Я обратила на это внимание.

– Интересно. – Алексей почесал переносицу. – А почему Марго? Её же Эльвирой звали.

– Мы окрестили, – отозвалась Галина, – знакомиться с нами дама не желала, нос воротила. Не того мы поля ягодки. Так и получила прозвище.

– Насчёт двери я тебе точно говорю, – не унималась Борисова. – Почему-то этот момент мне запомнился. Даже ночью, когда мы с танцев возвращались, тут темно было, а у неё дверь приоткрыта и телевизор работал. Верхний свет в этом корпусе не горел. И не надо ухмыляться! – Женщина перехватила взгляд собеседника. – Да, с танцев! Ничего ужасного в этом не вижу.

– Как нам поведало руководство, здесь, в этом крыле, отдыхают люди особые, и им очень не нравится, когда за ними присматривают без нужды. А вы разве не в курсе? Тоже ведь в категории, как говорят на загнивающем Западе, «ВИПов». То бишь «особо важных персон».

Потапов, скривив губы, оглядел давнюю знакомую с ног до головы.

– Чего? Какие мы с Галкой «ВИПы», – отмахнулась Лена. – И вообще… На мой взгляд, бедновато тут для таких людей, как Марго. Почему не Ялта, не Анапа, не Сочи, в конце концов? Обычный загородный санаторий маленького провинциального городка. Не понимаю…

– Почему же вы не в Анапе? – снова усмехнулся Алексей.

– Это ты у Михалыча нашего спроси, как так получилось, что лучшие люди коллектива не у морюшка ножки греют, а по сугробам за белками прыгают?