Книга На отшибе сгущается тьма, страница 90 – Амалия Лик

– Чмоки, – ответила ей подруга и скрылась за дверью бара.

– Стерва.

Сестра нервничала и постоянно смотрела на телефон. Ну давай, иди к дороге. Ты же часто так делаешь.

Через несколько минут она оглянулась на бар и, не увидев никого, пошла по дороге к шоссе. Я хотел сразу поехать за ней, но из бара вышли два парня. Пришлось дождаться, пока они докурят и вернутся в бар. Когда на парковке у бара никого не осталось, я резко вырулил и поехал к шоссе. Синди уже шла по обочине. Я натянул кепку и остановился чуть впереди, как и в прошлый раз. Она подошла и открыла дверцу.

– За двадцатку довезешь до начала Второй улицы?

Кивнул, и она забралась в машину. Как только она захлопнула дверь, я тронулся. Я видел, что она повернулась и уставилась на меня. Чувствовал ее взгляд, который она, видимо, пыталась сфокусировать.

– А мы не встречались?

Я мотнул головой, впереди начинался лес. Посмотрел по сторонам, машин не было, и я резко свернул на дорогу, уходившую в чащу.

– Что ты, черт возьми, делаешь? – возмутилась она, и я повернул к ней лицо.

На следующий день Ален вновь взялся за статьи, отложив поиск пропавших до вечера. И вот он дошел до публикации, где Якоб Скар рассказывал о том, что дело Линды Смит закрыто, а машина убийцы упала в реку и пошла на дно. На фотографии Якоб, задрав подбородок, стоял на трибуне у входа в Центральное полицейское управление. На нем была парадная форма, на которой красовались его знаки почета.

Расмус тут же нашел в Интернете видео этого выступления и прослушал его до конца. Шеф выглядел уверенным, довольным и гордым проделанной работой. Его плечи были расправлены, грудь выпячена, на лице играла улыбка победителя. Ален знал, что это была видимость, начальник должен был вселить в жителей уверенность, что зло всегда будет наказано, что горожане в безопасности, в то, что полиция сможет их защитить. Расмус помнил, как, войдя в здание, Скар опустил плечи, устало всем улыбнулся и поплелся к себе.

Что-то в этой статье привлекло внимание детектива, словно он увидел тонкий, почти незаметный след. Он сохранил ее на рабочем столе. Хотел перелистнуть на следующую, но открыл поисковик и ввел имя Даниэля Грамберга. И перед ним появилось множество страниц, пролистал вниз и нашел статью, а точнее, интервью газете «Будни Бромвиля», которое брал Стивен Жукович. Ален углубился в чтение и откинулся на спинку стула, когда дошел до вопросов Стивена:

«– Вы следили за расследованием дела Линды Смит?

– Как и весь округ. Это были дни страха, когда мы понимали, что чудовище живет среди нас, где-то рядом.

– И как вы относитесь к психологу Иллае Стоун, которая взяла в свои руки правосудие?

– Она не психолог и не имеет права так называться. Она убийца. Я считаю, что такие, как Стоун, должны содержаться в специальных учреждениях и ее психические отклонения должны были быть выявлены много лет назад. Я даже не представляю, как она получила такое образование и кто смог доверить ей работу с детьми. Мне самому стыдно за нее. Вместо того чтобы помогать, она губила. Стоун опорочила нашу профессию, почти разрушила общественное доверие, которого мы добиваемся десятки лет. Я вообще не понимаю, почему все так хвалили ее труды и как могли не замечать ее отклонений, ее сущности психопата. Мне кажется, наше правительство после этого дела должно задуматься над тем, чтобы ввести дополнительные проверки на профессиональную пригодность для всех профессий, связанных с детьми. И конечно, это должно коснуться и направления психологии и психиатрии.