Книга На отшибе сгущается тьма, страница 77 – Амалия Лик

– Пошли, сделаю кофе, – сказала Иллая, взяла пакет и направилась в кухню. Ален убрал пистолет в кобуру и последовал за ней. А Сирена все так же держала его на прицеле. И только когда он сел за стол, она опустила оружие.

– Я не понимаю, – начал Ален. – Но кто тогда в той могиле? Кого выловили в реке??

– Мы не знаем, – сказала Сирена.

– Но как так получилось? Как? Труп девушки был.

– Был. У меня есть версия, но она без доказательств. Всего лишь предположение.

Ален кивнул.

– Я сбежала. Может, отец растрепал это кому-то по пьяни. Ром – маленький город, и слухи разносятся молниеносно, не нужен ни телефон, ни интернет, достаточно заглянуть в магазин или встретить кого-то на улице. А потом выловили труп и решили, что это я.

– А как же опознание? Я уже молчу про анализ ДНК.

– Это было больше двадцати лет назад, в крохотном нищем городке Третьего округа. Два года назад, когда все улеглось, мы связались с Максимом и попросили его все узнать. Он должен был сказать Иллае про могилу, но Корота тоже считал, что меня не существует, и не хотел делать больно сестре. Она ведь и так настрадалась, и он не знал, как это повлияет на нее. А потом мы заехали к нему в гости. – Сирена засмеялась. – Ты бы видел его лицо, похлеще твоего было. Иллая даже испугалась, что у него сердечный приступ будет. – Сирена повернулась к Иллае, она копошилась за кухонным гарнитуром. – Хороший он был старик. Жаль его. В общем, он посмотрел документы, поспрашивал коллег. Наш отец, – хмыкнула Сирена, – если бы он был человеком, а не животным, то этого бы не случилось. Он ходил в морг, пьяный под завязку. Даже не взглянул на тело, потому что его шатало и тошнило. Он просто кивнул и сказал, что это я.

– Ему было плевать, как и всегда, – добавила Иллая. – Даже в тот момент он не был нам отцом.

– Денег у города на дополнительные анализы не было, тем более по делу о самоубийстве, где отец опознал дочь. Вот так и похоронили не Сирену Роттер.

– А где все это время была ты?

– Училась жить заново.

Иллая вздохнула, поставила на стол три чашки и налила всем кофе.

– Молоко, сахар? – спросила она у Алена, но он мотнул головой.

– Но ведь тогда родители той девушки до сих пор ищут ее.

– Как и тысячи других пропавших, – сухо сказала Сирена.

– Ты получил мои записки? – Иллая села напротив него и словно хотела протянуть к нему руку, но отдернула ее. Ален не понимал, не верил в то, что происходило.

– Да.

– Детектив, – сказала она так, как говорила раньше, – ты ведь не думал, что их убила я? Я ведь не такая. Я никогда не убивала невиновных, у меня всегда была веская, безоговорочная причина, чтобы наказать их.

– И на даты убийств у нас есть алиби, мы его друг другу обеспечим, – добавила Сирена, все еще стоя у стены и держа пистолет в руке. – Но если серьезно, то у нас правда есть алиби.

Ален молчал.

– Я не верил, что это ты, Иллая. Но это не отменяет того, что ты делала. Мы не имеем права отнимать чужую жизнь, даже если человек этого заслуживал.

Сирена усмехнулась.

– Скажи это тому, кто уже много лет крадет девушек, или тому, кто убил твоего коллегу и других. Да можешь это всем убийцам говорить. Но чихать они хотели на твои слова.

– Но вы не такие. – Расмус посмотрел на Сирену. Ее глаза, в отличие от глаз Иллаи, были пропитаны холодом и желанием мстить. Он видел, что она никогда не остановится. В ней не было никакого тепла, нежности и спокойствия, за которые он любил взгляд Иллаи. Она смотрела безжалостно и жестоко, и в этот коктейль еще примешивалась обида.